– Командиром Отряда была некая Грета. Я не рискнул открыть глаза и не видел её лица. Ведьма сказала ей, что отдаст нас, если в тюрьме организуют встречу с левым крылом Совета старост. Обещала, что за важные новости, которые она имеет, старосты непременно отблагодарят командира всем, что та только попросит.
– Ну и что? Эта ведьма просто сумасшедшая! – воскликнул Дар.
– Я не закончил! Эта Грета сообщила, что глава левого крыла Совета и так приказал доставить ведьму живой и невредимой лично к нему, а не в темницу. И она обрадовалась, а потом сказала, что тогда сначала закончит дела с детьми. С нами. Она почти скрылась в лесу, когда командир вслед прокричала: «Только не мальчика!». Ведьма остановилась и услышала, что… – Тиль прервался, – я правнук того главы. Ведьма оставила меня и умчалась вглубь леса. Пока её не было, командир Грета на всякий случай прочитала надо мной заклинание забвения.
Эли прикрыла руками рот, только широко распахнутые глаза продолжали впиваться в лицо друга.
– Но разве это не значит, что ты должен был всё забыть? – шёпотом спросила она.
– Да. Но на мне амулет мамы, – Тиль вытащил из-под рубахи цепочку с аметистом. – И я успел мысленно к нему обратиться. На самом деле я и вправду на какое-то время потерял память, но на днях всё вспомнил.
Дар покраснел от негодования.
– Что с той девочкой?!
– Она лежит в палате по соседству. Без фамильяра. Ведьма вернулась через какое-то время и, передав девочку, позволила связать себе руки и пошла с командиром.
– Это бессмыслица какая-то! – крикнул Дар.
– Не хочу в это верить! – мелко задрожала Эли.
– Какой ужас! Какой позор для всего сообщества ведьм! Нужно немедля рассказать директору! – прокаркал ошарашенный Себастиан.
– Знаете, что делают с тем, кто раскрывает тайны Совета? Называют шпионами, и ничего хорошего это не сулит… Мне всё равно никто не поверит. Скажут, мол, у него помутнение разума – а ну такое пережить!
– А если не скажут?
Тиль покраснел как помидор.
– Я не хочу втягивать свою семью в скандал! Я не могу без серьёзных доказательств обвинить прадедушку. В конце концов, я не знаю, зачем…
– Зачем командир Отряда позволила лишить девочку фамильяра? – заорал Дар.
Он в ярости соскочил с кровати, схватил метлу и вылетел в распахнутое окно. Себастиан, каркнув на прощание, улетел следом.
– Не знаю, что и сказать. Мне сложно поверить в этот ужас… Отряд – это про справедливость ведь? Мне хочется думать, что тебе и правда это всё померещилось или приснилось… Но я верю тебе, – добавила Эли, когда Тиль прилёг на подушку и с грустью в глазах отвернулся в сторону. – Ты прав. Нельзя просто так обвинять членов Отряда, это воспримут как преступление.
– Я думаю поговорить с отцом на шабаше.
– Это правильно. Отец подскажет, как поступить. Или разберётся с этим всем, поговорит с дедушкой, так?
Тиль тяжело вздохнул.
– Может быть.
– Скорее бы тебя выписали! Без тебя мне приходится очень тяжко. Зелья взрываются, на пентаграмматике не успеваю писать, и лекции подглядеть не у кого, – она попыталась подбодрить друга, сменив тему разговора.
– А тёмная магия?
Пришёл черед краснеть Эли.
– Я пропускала уроки.
– Почему?
– Говорят, директриса заперла своего сына на время неразберих, ты в больнице. В классе: я, Зелда с Софией и Карл Закс, который мне абсолютно не нравится. Как думаешь, какая была обстановочка? Эти двое постоянно дразнили меня, а профессор делал замечания только мне!
– Ну ладно, я скоро выйду, будем вместе посещать занятия, – улыбнулся Тиль.
– Насчёт Дара не переживай, он вспыльчивый, но быстро отходит. Уверена, он всё обдумает и не будет тебя осуждать.
– За что?!
Эли посмотрела на Мрака, ища поддержку, но тот отвёл мордочку в сторону, мол, разбирайся сама. Он был сегодня подозрительно тихим.
– Ой! Я же обещала накормить тебя! Прости! Ты что, обиделся?
Мрак в ответ фыркнул. Тиль привстал:
– Ты что, увиливаешь от ответа?
Эли спрятала руки за спину, подумав, что с метлой она могла бы смыться так же быстро, как Дар.
– Каждый несёт ответственность за свои знания и поступки. Тебе виднее, что делать с тем, что ты узнал. Но добропорядочная ведьма и ведьмак должны смотреть прежде всего на совесть, а не на страх осуждения. Так учили меня. Что бы ты ни решил – я в тебя верю. Пошли, Мрак, – мягко сказала Эли и взяла кота на руки, удивившись, насколько тяжелее он стал.
– Ты уверен, что тебе не нужно сесть на диету? – усмехнулась она, выйдя из палаты. – Сразу после завтрака идём в кружок метлостроителей – что я за ведьма без помела.
* * *
Эли оставила ветвь, подаренную ей после боя с крысами, ребятам из кружка метлостроения, и те обещали закончить работу днём. Затем она отправилась на занятия. Время до обеда пролетело незаметно, и вот она уже шла забирать свою новую метлу.
Эли на минуту замерла перед окном, вспомнив, как зачарованно следила за работой над метлой в свой первый школьный день. Вот она, настоящая ведьмовская магия в действии!
