Потом Лида не могла вспомнить, каким образом ей все таки удалось его довести. Помнился только холодный дождь со снегом, скользкая дорога, тяжеленное тело, практически висящее на ней, хриплое дыхание в ухо, неразборчивый грубый мат.
Кое-как свалив свою добычу на диван в зале, Лида уселась тут же, на пол, не в силах сделать еще хотя бы шаг.
Надо отдышаться. Надо, чтоб хотя бы черные звездочки перед глазами летать перестали.
Она, кажется, даже вырубилась на пару секунд, разморенная теплом. В чувство ее привел хриплый стон над ухом.
Лида устало поднялась, чувствуя себя не двадцатилетней девушкой, а столетней старухой, и пошла на кухню за тазиком с водой.
Надо было собраться с силами.
Примерно через час мужчина лежал перевязанный, умытый и укрытый одеялом.
Рана его оказалась не страшной, практически по касательной в бок, но вот крови вытекло порядочно.
Лида сделала все, что смогла, теперь со спокойной совестью собиралась вызывать скорую. Она взяла подзаряженный телефон, набирая номер, и вздрогнула от внезапно раздавшегося хриплого низкого голоса:
- Кому звонишь?
Она обернулась и обнаружила, что спасенный ею мужчина смотрит на нее в упор, приподнявшись на локте.
Мысленно поежившись - ну и взгляд, лед просто! - Лида ответила:
- В скорую. У вас кровопотеря, надо обследование.
- Дай, я сам.
Лида доверчиво протянула телефон.
Мужчина взял его, сжал кулак.
- Это … Это вы… Зачем? - Лида , ахнув, подбежала ближе, попыталась отобрать телефон, но мужчина сжал пальцы сильнее, и раскрыл ладонь, отдавая девушке пластмассовое крошево.
- Не плачь. Другой куплю. И не звони никому. - Он ухватил Лиду за запястье, оказавшееся неожиданно тонким и хрупким в его лапище.
Девушка в шоке смотрела на его кисть, полностью покрытую татуировками, и понимала, что еще чуть-чуть - и ее руку постигнет участь бедного смартфона.
Мужчина между тем притянул Лиду ближе, практически подтащив к своему лицу, и выдохнул, тихо и страшно:
- Никакой скорой, никаких ментов, никаких больниц. Поняла? Иначе плохо будет. Тебе.
Поняла?
- Да, да… - Лида отчего-то перешла на шепот, сходя с ума от страха, - конечно…
Мужчина еще какое-то время пристально смотрел ей прямо в глаза, гипнотизируя, как удав кролика, затем внезапно улыбнулся, довольно и устало.
- Не бойся, котенок, дядя не обидит!
И отпустил, наконец -то.
Лида отшатнулась от него, убежала на кухню, упала на табуретку, переводя дыхание.
Страшный. Боже мой, какой он страшный!
О чем она только думала, когда тащила его в дом?
Что же делать теперь?
Убежать?
А куда она убежит?
В полицию?
Но ведь он не шутил, когда угрожал ей.
Лида вспомнила его ледяные глаза, светлые и острые, жесткий контур губ.
Не шутил.
Меньше всего ей хотелось навлечь на себя гнев такого хищника.
Хоть она и спасла его, но звери обычно не знают благодарности.
Глупая, какая же глупая!
Сама полезла, сама притащила.
Вот и отсиживайся теперь на кухне, идиотка!
- Эй, ты где там, котенок? - голос из зала звучал значительно бодрее, - у тебя попить есть что-нибудь? И пожрать?
Лида поднялась и пошла делать своему непрошенному гостю бутерброд, отчаянно надеясь, что он все таки уберется в скором времени из ее дома.
В выходные смен в больнице не было, занятий в колледже тоже, и Лида с огромным удовольствием валялась в кровати до обеда.
Валялась бы.
Если б не Влад.
Спасенного ею мужчину, парня, звали Влад. Фамилии он не назвал, да Лиде и не интересно было.
Влад, так Влад.
Ушел бы побыстрее.
За ночь он отдохнул, выспался. Лида сменила повязку на боку, посмотрела швы.
Все было в порядке.
Вколола антибиотик, оставшийся от бабушки.
Дозу даже не рассчитывала особо. Такого слона не проймет.
Тихонько разглядывая его, с довольной физиономией сидящего на ее маленькой кухне, занимающего все пространство, в который раз уже удивилась, как ей удалось его дотащить накануне.
Влад был огромен.
Он развалился на слишком хрупкой для него табуретке, облокотясь мощными ручищами о стол. На груди его , выползая контурами на шею, цвела затейливая татуировка. Какие-то волки, ломаные линии, звезды. Все переплеталось в один цельный рисунок и занимало не только грудь, но и живот, оба плеча и предплечья.
На спине была вытатуирована икона.
Смуглость расписной кожи очень подчеркивала белая линия перевязки.
Лида поставила перед ним чашку с чаем и тарелку с бутербродами, помолчала и решилась все-таки:
- Влад, я так понимаю, ты себя лучше чувствуешь?
- Гонишь, котенок? - прищурился он весело, отхлебывая чай.
- Нет, что ты, - смутилась Лида, пряча взгляд, - просто у меня дела, и если ты не против…
- Выходной же, сиди дома, - усмехнулся он, буравя ее неулыбчивым острым взглядом. - Или ты до полиции хочешь добежать?
- Нет, нет! - Лида помотала головой, досадливо смахнув расползающуюся толстую косу опять за спину. - У меня и правда дела. В магазин надо… И вообще…
- Я сказал, дома сиди, - уже жестко, без улыбки сказал он, - жратва есть, остальное потом.
- Но…
- Закройся.
Приказ прозвучал сухо и однозначно.
Лида растерянно похлопала ресницами, потом с досадой поставила кружку с чаем на стол и вышла в зал, кипя от негодования.
