– Предлагаю тебе пока принять горячую ванну, а после мы обязательно поужинаем вместе. Что скажешь?
Неуверенная улыбка появилась на моих губах. Я утвердительно кивнула, старательно пытаясь не отводить глаза от лица мужа.
– Хорошо, тогда можешь располагаться. А я пока поприветствую капитана, если он, конечно, не занят, и скоро вернусь.
Я искренне поблагодарила его за заботу, и через минуту его уже не было рядом. Кое-как справившись с волосами, закрепив их в небрежную высокую причёску, и с корсетом под платьем (я уже успела пожалеть, что не взяла с собой прислугу, как советовал Готье; но Анаис одолела простуда, поэтому я не стала тревожить её перед путешествием), я наконец разделась и забралась в предварительно набранную и разбавленную ароматными маслами горячую ванну. Несколько минут полнейшего безделья и тишины сделали своё дело – я расслабилась, закрыв глаза, и едва не заснула.
Последующие несколько часов прошли на удивление стремительно, я практически не заметила, как наступили сумерки, настолько была отвлечена! После короткого отдыха я успела разложить кое-что из вещей, разобрать единственный чемодан со своей одеждой (остальные вещи принадлежали Готье, в основном книги и чертежи для работы в Италии) и переодеться к обеду. Супруг вернулся, когда я только заканчивала туалет. Он молча оглядел меня с ног до головы, и на его слегка обветренном лице появилось выражение глубокого удовлетворения. Я вздохнула с облегчением, потому что до сих пор не привыкла выбирать наряды для особых выходов без посторонней помощи. Здесь не было ни Анаис, ни экономки, миссис Фрай.
Для обеденного времени я выбрала простое бледно-кораллового цвета платье из шёлка и хлопка с короткими рукавами в оборках. Какое-то время супруг наблюдал за тем, как я поправляю ленты на талии и завязываю аккуратный бант; он стоял на пороге, подперев плечом стену, а в отражении зеркала перед собой я видела, как он то и дело поглаживал длинными пальцами обручальное кольцо. Я уже не чувствовала себя так неловко, оказываясь с ним наедине, как было раньше. Нет, я скорее отвлекалась, замечая, какой у него пронзительный взгляд и выразительные серые глаза, и какие красивые у этого молодого архитектора пальцы… Это своеобразное изучение друг друга чаще всего сопровождалось обоюдным молчанием.
В небольшом ресторане, где к тому времени было мало свободных мест, мы встретились со своими соседями, которые заняли каюту напротив: молодая женщина, немногим старше меня, и её супруг ирландец – седоволосый майор с многочисленными наградами и званиями, которые я так и не запомнила. Джейсон вскоре разговорился с ним, а я нашла его молодую жену весьма занятной особой. Мы просто болтали о погоде, о безделушках и обсуждали окружавшую нас обстановку, пока наслаждались аппетитным обедом. Как оказалось, новая знакомая, как и я, путешествовала через пролив впервые в жизни.
Поскольку майор, с присущей военному жёсткой манерой, настоял на том, чтобы отвлечь моего мужа и сыграть с ним в карточном зале, его очаровательная спутница поспешила увести меня на палубу, где мы провели следующие пару часов, не спеша прогуливаясь и любуясь открывавшемуся нам виду. Держась за поручни, я вглядывалась в горизонт, где расплывчатая розоватая линия соприкасалась с водой Ла-Манша, слушала детский смех и отвлечённые разговоры других пассажиров, наслаждавшихся, как и я, тем тёплым вечером. Супруга майора умела развлечь занимательными шутками, я даже успела позабыть о муже на какое-то время.
Вместе с соседкой мы вернулись в каюты, пожелали друг другу доброй ночи, а когда я переступила порог комнаты, на глаза мне попался внушительный букет ярко-алых роз. Заворожённая, я подошла к комоду, на котором красовался этот невероятный подарок, коснулась нежных лепестков и незамедлительно уловила их аромат. Я не могла сдержать улыбки и просто стояла там, ощущая, как разливается по телу приятное тепло. Я жалела, что супруга не было рядом в тот момент, мне хотелось узнать у него, чем же я заслужила подобную милость.
Взгляд мой невольно упал на двуспальную кровать, где я должна была провести ночь… и Джейсон тоже. Тогда я понятия не имела о доме в Италии, будет ли у меня своя спальня, и как часто мне доведётся оказываться рядом с мужем. Будет ли он занят так же, как и дома, захочет ли делить со мной постель? После первой и единственной ночи я ещё немного знала о физической любви. Разве что могла только догадываться о том удовольствии, что приносила близость между мужчиной и женщиной. Желал ли Готье заново испытать подобное удовольствие, ведь до сих пор ничем это не выказывал?
