Но минуты у нас не было. Я скинул рюкзак, выхватил райтшверт и замер у входа в галерею, отчётливо понимая, что кому-то нужно задержать тварей. Не иначе сам Создатель благоволил нам, вернув мой поток весьма кстати. Впрочем, изменённые могли объявиться раньше и тогда стоило бы сетовать на коварные происки беса. Людям свойственно искать скрытые смыслы в простых вещах, я же всегда полагался на удачу и пока она меня не подводила.
Но как бы там ни было, а о благородстве речи тоже не шло. Холодный расчёт. Займи моё место любой из отряда и наверняка погибли бы все, я же мог продержаться против изменённых какое-то время, благо спину прикрывал обрыв, а коридор был слишком узок — окружить меня тварям не удастся. Мальвик же и его длинный клинок в таком узком пространстве бесполезны. Мечник, кажется, разделял мои мысли — он снизошёл до скупого кивка, в знак благодарности и встал в круг, который уже проявился подле сгрудившихся путников.
Первый изменённый выскочил на свет и с ходу растянулся в длинном прыжке. Я усилил мышцы потоком и в последний момент резко сместился в сторону, отводя райтшвертом острые когти твари — изменённый промахнулся и рухнул со скалы. Его место тут же занял следующий проклятый, я повторил манёвр, и тварь сорвалась с обрыва.
«Два».
На этот раз я экономил поток и применял силу только в самый последний момент, совершая скупые движения. Твари действовали примитивно, гонимые лишь только инстинктами: они сменяли одна другую, норовя достать меня в прыжке, но всякий раз терпели неудачу, срываясь вниз. Сложно было поверить, что когда-то это были люди — ничего человеческого в них не осталось.
«Пять».
Одному изменённому всё же удалось как-то зацепиться за край скалы и мне пришлось отвлечься. Я мощным ударом отрубил твари несколько фаланг с острыми когтями, которые были способны впиваться даже в камень, и она сорвалась в пропасть. Этого замешательства хватило другим изменённым и на полку уже выскочило двое, но нападать они не спешили. Возможно, я поспешил с выводами и те твари, что неслись первыми были всего лишь молодыми и неопытными, если, конечно, можно было применить такое определение к ним.
Твари не нападали. Они стали кружить, ожидая подкрепления. Одна из них заметила людей, столпившихся у края полки, и стала коситься в ту сторону. Покосился и я: Тэсс была бледнее мела, но прозрачный купол наливался силой, местами испуская синие искры. Я не стал испытывать судьбу, проверяя находчивость изменённых и, поднырнув под лапу первого, ухватил второго за предплечье. Рывок и тварь рухнула с обрыва. Первый взвыл. Я пинком отправил его обратно в коридор как раз в тот момент, когда из пещеры показалась морда ещё одной твари. Изменённые столкнулись и кубарем выкатились на площадку.
«Двенадцать».
— Давай! — крикнула Тэсс. — Сюда, быстрее!
Я поверил, что смогу и даже попытался прыгнуть в сторону купола, но твари оказались проворнее и вскочив на лапы, перегородили мне путь.
«Перепрыгнуть их? Нет, велик риск промахнуться и самому сверзиться в пропасть».
Тэсс издала не то стон, не то всхлип, который утонул в шуме водопада, а после купол схлопнулся и отряд оказался на другой стороне разрушенного моста.
— Ну вот и славно… — усмехнулся я.
На полке уже было около пяти изменённых. Они попытались окружить меня, за что двое поплатились конечностями: руки тварей были защищены чешуёй только до кистей, а райтшверт рейтара явно сделали из качественной стали — клинок без труда отделял запястья проклятых. Я нырнул под очередную лапищу и сместился к центру полки, походя проделав трюк Мальвика: очередная тварь выскочила из коридора и опрометью ринулась на меня раззявив пасть, я сместиться правее и обратным хватом ударил широко, снеся твари верхнюю часть черепа. Райтшверт выдержал и это испытание. В удар я вложился от души, потому слегка провалился вслед за клинком и сохраняя инерцию встретил стопой следующего изменённого выскочившего из галереи — тот влетел обратно.
«Двадцать».
Твари наскакивали со всех сторон и к тридцатому счёту я понял, что глаза заливает не только потом, но и густой кровью, которая сочилась из глубокого пореза на лбу. Меховой костюм местами был разорван, а каждое движение отзывалось резкой болью в спине. Особо удачливому изменённому удалось достать пастью левое предплечье, но я вовремя спохватился и тварь смогла лишь вырвать кусок шубы, оцарапав кожу клыками.
«Сорок».
Казалось тварям нет конца, они всё прибывали и прибывали, и я с тоской подумал, что придётся снова выжигать поток без остатка.
Нырнуть. Встретить плоско когти, снова нырнуть. Отсечь лапу и выворачивая кисть уколоть в глаз. Отскочить. Пригнуться. Снова укол. Кувырок и всё сначала. Если бы братство
«Шестьдесят».
