— А?
— И он вообще был такой хорошенький, — мечтательно добавила Мэри Ходжес.
Со двора послышался звук полицейской сирены, тут же оборванный метким попаданием крупнокалиберной пули. Азирафель толкнул Кроули в бок.
— Давай быстрее, — сказал он. — Сейчас здесь будет полиция, и тогда мы завязнем надолго. Мой моральный долг — помочь в расследовании. — Он подумал и добавил: — Может, она сможет вспомнить, не рожал ли здесь в ту ночь еще кто-нибудь…
Судя по звукам, в холл ворвался отряд полицейских.
— Останови их, — сказал Кроули. — Нам нужно еще немного времени!
Азирафель покачал головой.
— Еще одно чудо — и нас могут заметить Сверху. Если ты и правда хочешь, чтобы Гавриил или кто другой заинтересовался, с чего бы это вдруг заснул отряд из сорока полицейских…
— Ладно, — махнул рукой Кроули. — Или так. По крайней мере попытались. Давай выбираться отсюда.
— Через тридцать секунд вы проснетесь, — Азирафель повернулся к бывшей монахине, все еще не вышедшей из транса, — и вспомните, что вам снился чудесный сон про то, что вам больше всего нравится, и…
— Хорошо, хорошо, — вздохнул Кроули. — Так мы идем?
Никто не заметил, как они скрылись. Полиция была слишком занята, собирая сорок опьяненных адреналином и очень инициативных ветеранов с фронтов современного менеджмента.
Три полицейских фургона испортили газон глубокими рытвинами. Азирафель заставил Кроули пропустить первую из машин «Скорой помощи», но потом «Бентли» сразу рванулся в ночь. Позади летний домик и бельведер уже полыхали в полную силу.
— Все-таки мы оставили бедняжку в ужасном положении, — сказал ангел.
— Ты думаешь? — рассеянно произнес Кроули. Он как раз пытался переехать ежа, и это ему не удалось. — Попомни мои слова, клиентов у нее будет в два раза больше. Если она разыграет расклад правильно, разберется с отказавшимися, уладит все юридические склоки… Курсы по развитию инициативы с настоящим оружием! Да к ней очереди стоять будут.
— Почему ты всегда такой циник?
— Я уже говорил. Это моя
Они помолчали. Потом Азирафель сказал:
— Как считаешь, он объявится? Наверное, мы могли бы как-нибудь его обнаружить.
— Он не объявится. Во всяком случае, не нам. Защитная маскировка. Он даже не осознает этого, но может скрыться от любой оккультной силы, которая попытается вмешаться.
— Что значит — оккультные силы?
— Ты и я, — объяснил Кроули.
— Я не оккультный, — обиделся Азирафель. — Ангелы — не оккультные. Мы — эфирные.
— Да как хочешь, — отрезал Кроули, который слишком нервничал, чтобы спорить.
— Есть еще какой-нибудь способ найти его?
Кроули пожал плечами.
— Понятия не имею, — сказал он. — Как ты думаешь, много ли у меня опыта в таких делах? Армагеддон, понимаешь, бывает только раз. И тебе никто не даст пробовать, пока не получится.
Ангел уставился на пролетавшие мимо живые изгороди.
— Все так тихо и мирно, — заметил он. — По-твоему, как это произойдет?
— Ну, термоядерное побоище, к примеру, всегда было довольно популярным. Хотя в последнее время большие шишки вроде бы довольно вежливы друг с другом.
— Падение астероида? — предложил Азирафель. — Я так понимаю, сейчас очень модно. Прямо в Индийский океан, огромная туча пара и пыли — и прощайте, высшие формы жизни.
— Да уж, — пробормотал Кроули, стараясь превышать ограничение скорости. Сейчас каждая мелочь имела значение.
— Даже представлять не хочется, — угрюмо проворчал Азирафель.
— Все высшие формы жизни под нож. Под косу то есть.
— Ужасно.
— И больше ничего, только пыль и ортодоксы.
— Опять грубо.
— Извини, не удержался.
Они уставились на дорогу.
— Может, начнут террористы?.. — предположил Азирафель.
— Не из наших, — заявил Кроули.
— И не из наших, — сказал Азирафель. — Хотя наши, разумеется, — борцы за свободу.
— Так вот что я тебе скажу, — сказал Кроули в тот момент, когда остатки шин задымились на объезде у Тэдфилда. — Время открыть карты. Я назову своих, если ты назовешь ваших.
— Ладно. Ты первый.
— Ну уж нет. Ты первый.
— Но ты же демон.
— Да, но слово свое держу, как мне кажется.
Азирафель назвал пять ведущих политиков. Кроули назвал шесть. Три имени совпадали.
— Видишь? — вздохнул Кроули. — Именно так, как я всегда говорил. Хитрые бестии, эти людишки. Ни на грош нельзя доверять.
— Но я не думаю, что у наших есть какие-то крупные планы на ближайшее будущее, — сказал Азирафель. — Разве что мелкие терр… ммм, акции политического протеста, — поправился он.
— Ага, — съязвил Кроули. — То есть никакой дешевки с конвейера? Только ручная работа, каждая пуля заботливо положена в цель опытными работниками?
Азирафель решил, что он выше этого.
— Так что нам теперь делать?
— Попробовать выспаться.
— Тебе не нужен сон. И мне не нужен сон. Зло никогда не спит, а Добро неусыпно.
