Добрые предзнаменования полностью

Трое ЭТИХ с интересом слушали. Моросил мелкий дождичек, которому с трудом противостояли листы проржавевшего железа и потертого линолеума, служившие крышей их штабу в карьере. В такие дни они всегда полагались на Адама по части придумывания, чем бы заняться, пока идет дождь. И они не были разочарованы. Глаза Адама сверкали, полные нового знания.

Когда он ночью заснул под грудой «Нового Водолея», на часах уже давно было три.

— А еще был тип, которого звали Чарльз Форт, — продолжал Адам. — Он мог устроить дождь из рыб, и из лягушек, и еще из всякого.

— Гы, — сказала Язва. — Как же. Вживых лягушек?

— Ага, — заверил ее Адам и оживился, развивая тему. — И они скакали, и квакали, и все такое. И потом ему даже платили, чтобы он убрался, и… и…

Он запнулся, пытаясь вспомнить что-то такое, что сможет удовлетворить его аудиторию. По его меркам, он впитал за раз огромную кучу новых сведений.

— И он уплыл на «Марии Челесте» и основал Бермудский треугольник. Это в Бермуде, — добавил он, чтобы было понятно.

— Не мог он этого сделать, — серьезно заявил Уэнслидейл, — потому что я читал про «Марию Челесту», и там никого не было. Она и прославилась, потому что там никого не было. Ее нашли, когда она плыла сама по себе, а на ней никого не было.

— А я разве сказал, что он там был, когда ее нашли? — срезал его Адам. — Конечно, его там не было. Потому что НЛО приземлилось и забрало его. Я-то думал, это все знают.

Троим ЭТИМ стало легче. С НЛО они чувствовали себя намного увереннее. Конечно, с НЛО в стиле «нью-эйдж» было сложнее; из вежливости они слушали Адама, но этим обновленческим НЛО явно не хватало живости.

— Если бы я была инопланетянин, — высказалась за всех Язва, — я бы не стала расхаживать и рассказывать людям про таинственную гармонию космоса. Я бы сказала, — голос ее стал хриплым и сдавленным, словно ей мешала зловещая черная маска, — «У меня в руках лажер-блаштер, так что делай, что шкажано, повштанчешкая швинья».

Все дружно закивали. Игра, в которую они любили играть в карьере, была основана на чрезвычайно популярном кино, в котором были лазеры, мечи, роботы и принцесса с прической, похожей на стереонаушники. (Без всякого обсуждения сразу было решено, что если кто и будет какой-нибудь дурацкой принцессой, так точно не Язва.) Однако обычно игра заканчивалась общей потасовкой за право носить на голове Черное Ведерко™ и взрывать планеты. Адаму это удавалось лучше всех — когда злодеем был Адам, казалось, словно он и впрямь может взорвать мир. Все ЭТИ, разумеется, по характеру своему вставали на сторону разрушителей миров, при том условии, что в то же время им можно будет спасать принцесс.

— Похоже, раньше было так, — сказал Адам. — А теперь по-другому. Они все излучают вокруг яркий синий свет и повсюду творят добро. Типа галактической полиции — ходят и всех учат жить во всеобщей гармонии и так далее.

Несколько секунд они молчали, размышляя о том, как совсем новые НЛО гоняют впустую.

— Вот чего никогда не мог понять, — сказал Брайан, — так это почему они называются НЛО, когда все точно знают, что это летающие блюдца. Ну то есть тогда они Опознанные Летающие Объекты.

— Это потому, что правительство норовит замять все разговоры, — объяснил Адам. — Миллионы летающих блюдец все время у нас садятся, а правительство хочет все это замять.

— Зачем? — спросил Уэнслидейл.

Адам запнулся. В том, что он успел прочитать, не было прямого ответа на этот вопрос: «Новый Водолей» просто принимал это как данность, как символ веры, равно своей и своих читателей — правительство норовит все замять.

— Потому что они правительство, — решительно заявил Адам. — Правительство всегда так делает. У них в Лондоне огромный дом, в котором полно книг и прочего, чего они хотят замять. Когда премьер-министр утром приходит на работу, он первым делом читает длиннющий список, что случилось за ночь, и ставит на него такой огромный красный штамп.

— Вот стопроцентно, он сначала пьет чай, а потом еще читает газету, — сказал Уэнслидейл, который однажды на каникулах (этот день надолго остался в его памяти) явился без предупреждения к отцу на работу и сделал вполне определенные выводы. — И еще обсуждает, что вчера было по телику.

— Ну и ладно, а потом он точно достает список и большущий штамп.

— А на штампе написано «Замять», — добавила Язва.

— На штампе написано «Совершенно секретно»!

Адам пресек все поползновения к совместному творчеству.

— Это как с ядерными станциями. Они все время взрываются, а никто не замечает, потому что правительство их замяло.

— Ничего они не взрываются все время, — строго заметил Уэнслидейл. — Папа говорит, они совсем безопасны и что это благодаря им мы живем не в парнике. И вообще, в моей книжке есть большая картинка такой станции, и там ничего не говорится ни про какие взрывы[27].

— Ага, — встрял Брайан. — То-то там одной стены нет, и полкрыши снесло, и трубы разорваны. Ты же мне давал эту книжку!