Я даже перед сном каким-то чудом смогла вспомнить про новеньких, что пришли к нам в этому году, один из которых стал подбивать клинья к Цветаевой, причём так в открытую, что сразу же получил исчерпывающий ответ от той, причём перед всем классом да еще и во время урока, а потом вдруг переключился на меня.
Но я не дала шанс этому бедолаге из-за того, что он попросту не замолкал. Когда он рядом с нами крутился на перерывах, мне просто хотелось отыскать в нём кнопку «стоп», что б побыть хоть минуту в тишине.
Но всё же мне пришлось задумать об одной вещи, которую я оставляла напоследок. Мне нужно было забывать Люка, а значит, стоило начать присматриваться к другим парням, с которым рано или поздно я создам семью, в которую буду возвращаться домой с таким же удовольствием, как сегодня после поездки. Меня будет встречать уютный дом, пушистое животное в ногах и аромат вкусного ужина, который я приготовлю для любимого мужа.
Почему-то от этой мысли я заснула с покатившейся по щеке слезой.
Маленькие дети ждут на новый год чуда, взрослые дарят им эти чудеса, а я была просто большим ребенком, что дарил людям красоту перед самыми большими праздниками, а сама глубоко в душе верила во что-то прекрасное и волшебное, что сделает меня счастливой на весь следующий год.
Но моё «прекрасное» и «волшебное» остановилось на новом рецепте чизкейка, который я планировала сделать к праздничному столу. Я влюбилась с первого взгляда в фотографию, на котором была сладость с ломтиками клубники и шоколадной стружкой.
— С наступающим, вас, — пожелала я даме в годах, что спешила на новогодний корпоратив.
Мне лучезарно улыбнулись, и когда женщина оплатила услуги, а дверной колокольчик дал знать мне, что на сегодня работа закончена и последний мой клиент остался счастлив, я упорхнула в другую комнату, что бы наконец-то вымыть кисточки и отправиться домой.
Но даже шум воды не смог заглушить цокот тонкой шпильки, любительница которой была здесь главной.
Её рука резко закрыла кран, под которым я вычищала остатки этого дня и работы, что бы привлечь к себе внимание. Алые ногти, в тон им на губах помада, короткое платье и идеальная укладка. Рая — это не имя, а явно место, откуда достали внешность этой девочке.
Работая в этом салоне, я перестала видеть или чувствовать разницу в возрасте между нами, единственное, что я действительно прочувствовала, так это то, что моя интуиция никогда не подводит.
И сейчас она снова дала о себе знать, спирализуясь, сжимаясь внутри, давая знак подготовиться к чему-то. А может это была не интуиция, а её ярко горящие глаза и слишком довольная улыбка?
— Ты мне соврала.
Отложив кисти, я опёрлась о раковину и с интересом уставилась на это диво.
— Я думала, ты и правда под крылышком старшего Гронского, раз встречаешься с его сыном, а он, оказывается, про тебя даже не слышал. А знаешь почему?
Она подозрительно обошла меня и провела ладонью по спине, переходя от левого плеча к правому. Моя внутренняя пружина втянулась еще сильнее, готовясь вырваться нуружу истошным воплем «не прикасайся ко мне!».
— Потому что ты мне нагло соврала, маленькая глупенькая школьница, что влюбилась в Люка и приписала себе его в парни. И я бы простила тебя, но…
Я повернулась, что бы наконец-то ответить Рае, но мою щеку резко опалило, а в комнате раздался шлепок.
Пощёчина оставила красный след на моей щеке, к которой я сразу же поднесла руку, чувствуя, как под кожей ладони всё пылает. Рана, что была оставлена от кольца, которое Рая явно не случайно перевернула камушком внутрь ладони, оставила после себя глубокую царапину, которая теперь пульсировала. Кончик носа стало жечь, и я поняла, что вот-вот расплачусь. Мой мозг не планировал реагировать, а вот Рая останавливаться явно не собиралась. Она обхватила руками мою шею и прижала к стене, впиваясь острыми ногтями в нежную кожу, оставляя на ней следы.
Мне было так больно, ведь казалось, что еще чуть сильнее она надавит, и проткнёт мою кожу насквозь.
— Ты мелкая тварь, что унизила меня перед всеми, думала, тебе всё это так сойдёт с рук? Так просто? Нееет, моя миленькая, это только начало.
Её хватка становилась сильнее, и я закрыла глаза, что бы немного расслабиться и абстрагироваться от такой боли. Мои пальцы обхватили запястья её рук, что меня стали попросту душить, но всё было бесполезно — я не могла дать ей сдачи. Одно её слово — и моя карьера визажиста в этом городе или даже стране могла быть перечёркнута. И правда, о чём я думала, когда решила пойти ей наперекор? Кто меня защитит? На что я рассчитывала?
— Ну и зрелище, — услышала я её смех. — Ты такая жалкая…
Её руки отпустили меня, и пока я выныривала из какой-то пустоты, в ушах раздавался только звук её каблуков, стучащих о дорогой мрамор, заглушая даже стуки собственного сердца.
Сползая по стеночке на пол, я думала об её словах. Полевич Нюша действительно жалкая и никчёмная. Что она могла противопоставить Рае? Иногда мне хотелось быть той самой стервой, как она сама, что бы ничего не бояться, но тогда бы я потеряла себя. Это бы была не Нюша…
