— Охренеть! Ну и нравы! И после этого вас ещё сделали духами, которые должны засвидетельствовать светлые чувства других?
— Поверь, другие были намного хуже, — ответил мужской голос.
— И мы действительно любили друг друга. Сильно, — добавил женский.
— Да, — вздохнул я. — Одно радует — моя жена меня зарежет без любви. Любить они не способны.
— Это наказаниие богов, — усмехнулся женский голос.
— Только не спрашивай её в подробностях. Она не расскажет. Она и так тебе сказала тебе слишком много. Просто ты не наш.
— А на всё остальное есть отговорка. Типа, что ты знаешь о духах? Помню, меня уже посвятили.
— Так кто из нас выиграл? — перевёл тему женский голос.
— Ничья, — примирительно сказал я. — Лучше делайте ставки на то, кто станет моей женой по выбору ведьм.
— Ну что, дорогой, ты, как всегда, выберешь первый?
— Я, как всегда, уступлю любимой место.
— Я в тебе не сомневалась.
— Ты вообще редко сомневаешься, даже когда убиваешь любимых.
— Я же уже извинилась.
Голоса потихонечку начали стихать и вскоре, превратившись в невнятное бормотание на пределе слышимости, исчезли вообще.
Интересная трактовка здешней истории. Помнится, мне втирали совсем другое. Ну, или очень сильно отличающееся деталями. И вот кому сейчас верить? Хотя, с другой стороны, а зачем мне это? Пусть их история остаётся с ними. Моя история женатого человека начнётся вот только сейчас. Интересно, кого для меня выберут? И если я буду сильно любить свою жену, может, и она, наконец, полюбит меня? Ведь, в сущности, что мы знаем про любовь? Это точно вирус. Вопрос: как он передаётся? Может, воздушно-капельным путём? А может, пастельно-половым? И почему никто не задумывался? Или просто это я такой необразованный в этом вопросе? Вот, например, если я покусаю Маре уши, она в меня влюбится?
— А, Мара? Блин, а почему они до сих пор не отмерли?
— Извини, заспорили, — покаялся женский голос, и все снова обрели способность двигаться.
Первое, что прилетело мне от вновь оживших, это пинок Зары.
— Убила бы, если не ситуация. — Королева варов была само негодование.
Болотная-младшая же молча подошла и вернула щелчок по носу.
— А чего никто не предупредил? — спросил я, потирая нос и то место, куда прилетел пинок.
Ответом мне была всеобщая молчаливая оценка моего душевного состояния.
— Да понял я, вы же в вынужденной коме были. Вот и не верь после этого тому, кто утверждает, что в коме нет жизни.
— Ну что, ты не передумал? — спросила меня Лоя, благо ей не нужно было возвращать мне ни пинков, ни щелчков, ни толчков. — Может, всё-таки сам выберешь?
— Доверю это дело профессионалкам, — отказался я и посмотрел в сторону ведьминской «клумбы». — Надеюсь, они меня не подведут.
— Хорошо, что они не жили в твоём мире, — очень тихо прошептала мне Лоя. — А то за профессионалок они порвали бы тебя в такие клочки, что даже боги не смогли бы собрать тебя заново.
— Опачки! Чувствуется, что в моём мире ты не только жениха себе искала. Рабочий сленг прямо на высоте.
— Во-первых, тихо, — прошипела королева гелов. — А во-вторых, просто заткнись.
— Всё мамаша, как говорится, то, что было в моём мире, остаётся в моём мире.
— И я тебе не мамаша.
— А вот это сейчас решат наши рюше-бантичные сводницы. Не буду же я называть тебя тёщей, если что? Нет, оно, конечно, правильно, но мне не нравится. И потом, про тёщу столько анекдотов. А то ещё не удержусь. И пойдёт этот народный фольклор в ваш мир. И будут похохатывать за твоей спиной. Оно тебе надо? Или в вашем мире про тёщу тоже анекдоты есть?
— Нет. И не будет, — отрезала Лоя.
— Я могила.
— Постарайся не лечь туда в прямом смысле слова, — улыбнулась королева гелов улыбкой мегалодона. Аж мурашки по спине побежали, размером с кулак.
— Ну хватит шептаться, — подскочившая к нам Зара была само нетерпение. — Давайте уже выберем ему жену и закончим с этим. Может, она ему скажет нет, и я прибью его с чистой совестью.
— Да, — поддержала её Лоя. — Как прекрасно бы было. Наш мир снова вернулся бы к гармонии.
— И стал бы гармоничным до кровавых соплей, — язвительно заметил я.
— Потерпи! — Лоя остановила практически прыгнувшую на меня Зару. — Если это будет твоя дочь, то она не откажет матери в её пустяковом желании попинать зятя. А если моя, то я очень её попрошу.
— Убить! — подправила подругу Зара.
— Нет, убить нельзя, — тоном воспитательницы детского сада возразила Лоя. — И не хнычь, попинать тоже хорошо.
— Вот ещё! — возмутилась королева варов. — Пусть он хнычет.
— Ну что ж, — повысила голос Лоя, привлекая всеобщее внимание, — поскольку претендент на руку наших дочерей отказывается, а я так думаю, что просто не может выбрать среди этих трёх умниц и красавиц одну-единственную, право выбора переходит высшему ведьминскому собранию. Готово ли высшее ведьминское собрание назвать нам ту единственную, которая сегодня не просто станет невестой, но и заберёт в своё безраздельное владение этого представителя мужского рода?
— А чего так по-хамски?! — возмутился я, но продолжить дальше не смог, словив под ребра от щедрой лапки Зары. Странно, как во мне сохранилась способность дышать.