— Подожди, Зара, — тормознула подругу Лоя. — А ведь он прав. Мы же ему даже ничего не рассказали.
— А вам не кажется, — продолжила Болотная, — что это самоуверенная старость?
— Тогда у некоторых — беспардонная древность…
— Послушайте, — влез я в разгорающийся конфликт, — если закрыть глаза, то меня не покидает стойкое ощущение, что я разговариваю с вашими дочерьми и одной внучкой. О какой старости и древности вы здесь скандал начинаете?
— Что, вот прямо так? — спросила Болотная в единственном лице. Остальные явно поймали несвойственное им смущение.
— Вот прямо темперамент один в один, — подтвердил я.
На этот раз замолчала даже Болотная. Да и я прихлопнул свой рот, дабы дать им насладиться обрушившейся на них приятственностью. Видно, с комплиментами в этом мире совсем швах, если от такого банального эта местная, царствующая аристократия растаяла, как айсберг, телепортированный в пустыню Деште-Лут в период пиковых положительных температур. Для тех, кто не в курсе: именно там была зафиксирована самая высокая температура на Земле — +70,7° в тени. По Цельсию, конечно. Да-да, я не всегда был алкоголиком, но, впрочем, это совсем другая история.
— Так, о чём вы меня хотели попросить? — выделив последнее слово, прервал я затянувшуюся паузу. — Только уговор: потом вы меня возвращаете обратно.
— Нет, так дело не пойдёт, — снова заартачилась Зара. — Ты нас просто выслушаешь, а мы тебя за это обратно…
— Подожди, — перебила её Болотная, — давай мы хотя бы расскажем.
— Ладно, чёрт с вами, давайте без уговоров, — разрешил я.
— Видишь ли, Серёжа, — начала Лоя, — после того, как ты отправился домой…
— После того как меня отправили домой, — настойчиво поправил я Хлоину мать. — И конкретно ты. Поэтому не надо тут.
— После того как я вынуждена была отправить тебя домой, — продолжила Лоя, одарив меня недовольным взглядом, — поскольку нам всем нужно было сохранить мир в нашем мире…
— Миру — мир, пису — пис, — не смог сдержаться я. — А я прямо был главный разжигатель войны, милитарист и комбатант.
— Вот чего ты паясничаешь? — как всегда, с места в карьер ломанулась Зара. — Тебе тогда всё рассказали. Или всё совсем пропито…
— Сергей Анатольевич, — продолжила Лоя, оттаскивая за заднюю лапу Зару, — или вы слушаете, или…
— Хорошо, хорошо, — пошёл на попятную я. — Просто вы так своих дочерей напоминаете. Особенно Зара. Ладно, попробую воспринимать серьёзно, — твёрдо пообещал я, примеряя на себя покерфейс.
— А что в моей дочери несерьёзного?!
— Зара! — твёрдо остановила королеву варов Болотная одним голосом.
После этого пушистый комок весь сдулся и растерял воинственный пыл.
— Мы тогда честно думали, что, отправив тебя из нашего мира, мы избавим его от проблем. Но, — Лоя медленно набрала воздуха полные лёгкие и шумно выдохнула, — похоже, мы привлекли ещё большие проблемы.
— Пока ничего не понятно, — честно признал я. — И, положа руку на сердце, совершенно неинтересно.
— Ты понимаешь, что у нас грядут глобальные катаклизмы?! — не выдержала Зара.
— Сочувствую. Но присмотрись внимательно: где на мне написаны три заветные буквы?
— Какие ещё буквы? — не поняла Зара.
— МЧС, — спокойно произнёс я.
— Серёжа, а может, хватит издеваться?
— Знаешь, Лоя, только что хотел предложить тебе то же самое.
— Вот скажи мне, — вконец распалились Зара, аж шёрстка дыбом встала, — почему твоя дочь выбрала такого говнюка? И что такое МЧС?
— А знаете, почему я вам не верю? — спросил я, простив оскорбление и проигнорировав вопрос. — Потому что когда в последний раз я слышал про глобальные катастрофы и вселенские катаклизмы, угрожающие этому миру, по факту все оказалось экзаменом для ваших отпрысков. Вами придуманным, вами спродюсированным, отрежиссированным и контролируемым. Так что давайте без напыщенной пафосности. Короче, чего надо?
— А ты изменился, Серёжа, — усмехнулась Болотная.
— Спасибо за это говорить не буду.
— Может, мне всё-таки ответят про говнюка?
Естественно, Заре никто не ответил. Какие могут быть ответы на риторические вопросы. А вот мне поведали многое.
— На следующий день после твоего отбытия из этого мира…
— После моего выдворения, Лоя. Я настаиваю на применении правильных слов.
— Хорошо. На следующий день после твоего выпроваживания из этого мира Хлоя, Мара и Болотная-младшенькая в три твёрдых голоса заявили, что в гробу они видали всякие престолонаследия и почётные обязанности. Или вот прямо здесь и сейчас им возвращают живого тебя, или пусть ищут других наследниц. Естественно, к их словам никто серьёзно не отнёсся. Ну, расстроились девчушки. Взбрыкнули. С кем ни бывает. Перебесятся.
— Как же вы плохо знаете их, — вздохнул я, вот без грамма лицемерия.
— Перебешиваться девчули не возжелали, — продолжила Лоя, не удостоив вниманием моё замечание, — а пошли дальше, к гургутам на болота, и попросили защиты.
— Вынужденная иммиграция… политическое убежище… в воздухе запахло революцией.
— Лоя, что он все время бормочет? — не удержалась Зара.
— Одного не пойму, как после всего этого Великий с вами бочонок передал?