– Ты всегда был льстец, Триас, – пробасил один из старцев, презрительно кривя губы.
Во всяком случае, так я расценила движение его длинной густой бороды.
– Времена идут, а люди не меняются, – усмехнулся Искандер, вальяжно откинувшись на спинку стула.
Я отчетливо понимала, что никто из них не знает друг друга, но все вели себя раскрепощенно и так, словно для них произошедшее не было неожиданностью. Вот оно, бремя власти и проведения подобных встреч.
– Почему я не удивлен, – усмехнулся вдруг со своего места Сверр.
Он впервые за всё время подал голос, я даже удивленно подняла на него глаза. На людей он не смотрел, мне даже показалось, что недолюбливает их подспудно.
– Прекратите, – подался вперёд отец, беря на себя слово, как главный. Мама задумчиво изучала всех присутствующих, делая свои выводы и оценивая каждого по каким-то своим критериям. – Мы собрались здесь по гораздо более важной проблеме.
– Случившейся из-за вашего недосмотра, – недовольно подметил старик, который, видимо, был главным среди двух магов.
– Считаете, мое возрождение недосмотром? – вздернул бровь Скандр.
Тон у него был угрожающий, но чувствовалось это только интуитивно, по внешнему виду не сказать. Вот только и маг был не лыком шит, не выказал и капли страха. Его белесые глаза сосредоточились на чёрном драконе.
– В конечном итоге, вся эта ситуация связана с вами. Тяга Ираиды привела нас к созданию ордена Камелии, существование и цели которого сейчас угрожают нашим расам.
– Красный Мор был создан, если память мне не изменяет, с попустительства гильдии магов. Не вы ли уверяли ранее, что беспокоиться не о чем? – произнёс Сверр.
И только сейчас, проанализировав чужое поведение, я поняла, что за архонтов, как глава, говорил он, в то время как остальные соблюдали иерархию и не вмешивались.
– Кто же знал, что Небесный Лог мог допустить размножение ордена на своей территории. Мы все знала про пещеру Тойрэо, только в ней орден мог достичь своей первоначальной цели, – сказал старик, который так и не представился, но все, казалось, его знали.
– Раз уж мы заговорили о ритуале, озвучу самое главное. Только нас волнует, куда делать реликвия Цветок Камелии? – фыркнул самый говорливый из людей, переводя тему в нужное ему русло.
– Вы задаете много не относящихся к делу вопросов, господин Триас, – оскалился Сверр и подался вперед; Данута погладила мужа по руке, хотя я видела, что и она напряжена.
– И это мне говорит белый волк, чей вид считался вымершим, – наклонился вперёд Триас, прищурился и внимательно посмотрел на главу архонтов. – Не вы ли забрали реликвию?
Я затаила дыхание, чувствуя, как разговор приобретает опасный характер.
– Цветок Камелии издревле принадлежал моему роду, – дернул верхней губой Сверр, в глазах отражалось пламя. – Ваш интерес вызывает вопросы. С чего такое участие? Вас, в первую очередь, должны волновать претензии ордена на ваши земли.
– Удивительно, что за судьбу материка будет отвечать волк, чей род веками подвергался гонениям. Уж простите мой скептицизм, но ваша лояльность вызываем у меня сомнения.
После этих слов воцарилось молчание. Словно затишье перед бурей.
– Белые волки – спутники Первородных драконов, мое личное творение, – прозвучал в тишине ленивый голос Искандера. – Вы считаете, что их нужно истребить?
Триас замер, остальные с интересом глянули в его сторону, но нападать на Бога у него не хватило смелости.
– Нет, я так не считаю, гуманность – главная черта нашего рода, – скупо всё же улыбнулся мужчина-человек.
– Перейдем к главной теме сбора совета, – взял на себя слово отец. – Основные силы ордена в Небесном Логе подавлены, большая часть взята под стражу и отправлена в места не столь отдаленные, но нас беспокоит усиление их внимания на материке. Каков ваш отчет касательно их деятельности и количества?
– В последнее время участились случаи их встреч на Восточном Побережье, мы опасаемся стягивания сил ближе к западу, но есть основания полагать, что основное ядро Красного Мора находится там, – произнес глубоким баритоном Сверр, кидая в последний момент мимолетный взгляд на Миарина, архонта Западного Града, как я поняла.
На секунду воцарилась тишина, а затем начались бурные обсуждения дальнейших действий.
– Мы не можем быть уверены, что действительно намечается подрыв нашей власти, а если начнем беспричинно ворошить гнездо, спугнем костяк ордена, они затаятся на годы, придется начинать всё сначала.
– Мы уверены, – дернул губами Скандр, вальяжно вертя в руках часы, которые до сего дня я на нем не видела.
Впрочем, несмотря на столетия отсутствия, он довольно быстро обзавелся прежними связями и подданными, которые вдруг стали крутиться вокруг него с необычайной частотой на мой взгляд.
– Почему мы должны верить Небесному Логу? – прозвучал в какой-то момент голос Виктора, до этого момента не отсвечивавшего и не говорившего. – Я уже и не припомню, когда мы имели совместные торговые пути. Не говорю уже об отсутствии смешения крови.
– Вы мыслите, как человек, Триас, но браки, о которых вы говорите, невозможны, – фыркнул Сверр, глядя на него с насмешкой.
