– Он почитает нашего Спасителя! – повторил Пейман, как будто этого утверждения было достаточно. – Он сам все рассказал. Сковгаард не шпион, а всего лишь торговец, пострадавший от действий французов. Пытаясь защитить себя, он помогал врагам Франции. Можно ли наказывать за это?
– Нет, – решил принц. – Оставим его в покое. – Он улыбнулся Лависсеру. – В трудные времена каждый должен решить, на чьей он стороне. Вы, майор, такой выбор сделали. Сковгаард тоже. Так что давайте не будем копаться в прошлом, ладно? Соединим усилия в противоборстве с истинным врагом! – Принц повернулся к лестнице. – Продержитесь три месяца и не забывайте, что у нас есть Кастенскьольд!
– Кастенскьолд, – повторил Пейман.
Генерал Кастенскьолд собирал ополчение на юге Зеландии, но Пейман сомневался, что от этого предприятия будет какой-то толк.
– Я возлагаю на Кастенскьолда большие надежды, – добавил принц. – Он будет совершать набеги на британские позиции. Будет разорять их тылы. Враг не принимает Кастенскьольда в расчет!
У выхода из дворца принца встретила огромная толпа, собравшаяся проститься с ним. Люди заполнили пристань, восторженные лица выглядывали из каждого окна, а некоторые из юных его почитателей даже забрались на мачтовые краны, возвышающиеся над шпилями церквей. Оле Сковгаарду и Астрид достались почетные места на балконе склада Вест-Индской компании, где они имели счастливую возможность наблюдать за принцем. Шарп, настоявший на том, чтобы сопровождать их, стоял рядом в своей гражданской одежде, рваной, перепачканной сажей и грязью. Торговец не хотел, чтобы лейтенант шел с ними.
– Это Копенгаген, – повторял он, – и тут мы в безопасности.
– Позапрошлой ночью вы тоже были в безопасности? – съязвил Шарп, а потом Астрид, миротворец по натуре, упросила отца согласиться на присутствие англичанина, и тот с видимой неохотой согласился.
Шарп знал, что опасности нет, поскольку Лависсер находился среди сопровождавшей принца знати. Наблюдая за гвардейцем в подзорную трубу, он не заметил никаких признаков того, что тот ранен, и это означало, что пулю, скорее всего, получила француженка. Ходили слухи, что французское посольство в полном составе покинуло город и перебралось в Колдинг в Ютландии, где пребывал со своей свитой безумный датский король. В трубу Шарп видел, как Лависсер смеется отпущенной принцем шутке.
– Интересно, Лависсер тоже собирается в Гольштейн?
– Очевидно, нет, он ведь адъютант Пеймана, – заметил Сковгаард.
– Кто такой Пейман?
– Командующий столичным гарнизоном. Высокий мужчина рядом с принцем.
Похоже, Лависсер действительно оставался в городе. Козырнув принцу, он подался вперед и пожал его высочеству руку. Принц повернулся к толпе, которая отозвалась взрывом восторга, и спустился по каменным ступенькам к лодке, которая должна была отвезти его на фрегат. Фрегат, самый быстроходный на всем датском флоте, доставит принца в Гольштейн, к армии. Остальной флот укрывался в бухте, и Шарп видел верхушки его мачт за черепичными крышами складов на дальнем берегу.
– Не понимаю, почему бы вам просто не увести весь флот.
– Куда? – хмуро спросил Сковгаард. Опухоль на лице еще не спала, и выглядел торговец бледнее обычного. – В Норвегию? Но там нет хорошо защищенных бухт. Можно было бы, наверное, вывести в море, но там его перехватили бы британцы. Нет, это место самое безопасное.
Бухта находилась не на краю города, а посреди него, и, чтобы попасть в нее, британцам пришлось бы пройти мимо фортов, стен, редутов, орудий и бастионов.
– Он здесь, потому что ему здесь ничто не угрожает.
Стоявший поблизости горожанин нахмурился, услышав английскую речь, и неприязненно посмотрел на Шарпа.
Стрелок пожал плечами:
– Я американец.
– Добро пожаловать в Копенгаген!
Орудия батареи Сикстуса отметили прибытие принца на фрегат салютом.
– Ваша армия уже высадилась, – сообщил Сковгаард. – Вчера утром и неподалеку отсюда. – Он указал на север. – Подойдет через несколько дней. Думаю, лейтенант, вам лучше вернуться к своим.
– И оставить вас один на один с Лависсером?
– Это мой город, лейтенант, а не ваш. И я уже принял необходимые меры предосторожности.
– Какие же? – спросил Шарп.
– Написал Пейману. Заверил его в своей преданности.
– Уверен, генерал Пейман убедит французов оставить вас в покое.
– В городе есть люди, на которых я могу положиться, – отрезал Сковгаард.
Постоянное присутствие англичанина явно раздражало торговца. Закопав в саду трех французов, Шарп сопроводил Сковгаарда к дантисту. Тем временем Астрид и служанки погрузили вещи на повозку и перебрались в старый дом на Ульфедт’с-Пладс.
