— Все, мне пора, не скучай, — поцеловав девушку в макушку, сказал мужчина. — Звони, если что-то случится.
Лера только растерянно кивнула вслед закрывшейся двери. Она была уверена, что Олег не уедет, а тут вдруг так резко…
Ближе к ночи, закончив все домашние дела, девушка вернулась в спальню и, подняв с пола измятую рубашку, зябко передернула плечами. В пустом доме было страшно и холодно. Отсутствие шума из кабинета, ставшего за неделю привычным, внезапно показалось пугающим и зловещим. Укрывшись одеялом с головой, Лера свернулась калачиком и попыталась уснуть. Завтра её ждет длинный день и документы в таинственной черной папке.
Папка со звериной мордой
Сквозняки, выползающие из открытых окон, шевелили шторы и полог, накрывающий кровать. Зловеще шуршали жалюзи, неровными пластами нарезающие мертвенный свет ущербной луны. Лера ворочалась несколько часов, пытаясь уснуть. Дрема давно завладела телом, но разум продолжал упорно бодрствовать, как добросовестный часовой на важном посту. Виски ломило, а простынь смялась в один валик от бесконечного переворачивания с боку на бок в тщетной попытке устроится поуютней. Заснуть удалось только под голоса первых птиц, воспевающих скорую зарю. Зато сон этот был глубоким и бестревожным. Где-то в доме трезвонил телефон, но Лера настолько вымоталась, что даже не услышала его трели.
Проснулась девушка ближе к двум. Немного помятая, но совершенно выспавшаяся. Справедливо решив, что время уже обеденное, она разогрела приготовленный вчера суп и, пожарив хрустящие гренки, принялась за еду. Торопиться сегодня было некуда, а заняться нечем. По-хорошему следовало готовиться к экзаменам и наверстывать пропущенное в школе, но обычно прилежная Лера решила устроить себе внеплановые каникулы.
После обеда девушка позвонила Олегу и, выслушав холодное: «абонент временно недоступен», повесила трубку. В душе зарождалось непонятное беспокойство, которое не смог заглушить ни включенный на всю громкость телевизор, ни обсыпанный шоколадной крошкой кекс. Мысли скакали, как шаловливые бельчата, переключаясь с одного на другое. Вениамину очень нужны документы. Это важно настолько, что он попросил Лериной помощи. Значит, следует выполнить его просьбу. Потом вернуть бумаги обратно и жить с Олегом как с отцом.
Девушка не хотела обманывать Олега, не хотела подставлять Вениамина. Ей было горько оттого, что какое бы решение она ни приняла, кто-то из дорогих ей людей обязательно пострадает. Порывшись в рюкзаке, спрятанном в стенном шкафу, она достала простую бумажную папку и аккуратно выложила её содержимое на стол. Наброски и рисунки последних лет. Многие, не спрятанные вовремя, погибли от рук её неугомонных соседок. Даже тут, среди уцелевших, попадались заклеенные скотчем. Лера провела по листам ладонью, раскидывая их веером.
Приютский двор, комната в мягких солнечных лучах, красивый точеный профиль Алины и… директор: подробный портрет, набросок в полный рост, зарисовка в кресле с вечной сигарой, Вениамин, облокотившийся на капот машины, и многие другие работы, где так или иначе присутствовало загорелое острое лицо.
«Слишком много Вениамина», — отрешенно подумала девушка, вглядываясь в улыбающегося мужчину, штрихами запечатленного на клетчатом листе.
Она добудет папку и проследит, чтобы документы в целости и сохранности вернулись обратно, а потом навсегда забудет о приюте и сожжет, наконец, этот опротивевший уже художественный архив вместе со своими глупыми слабостями и безнадежной влюбленностью.
Быстро собрав рисунки, Лера вытащила из небольшого кармашка декодер и решительно поднялась на третий этаж. Пора было расквитаться с долгами, пока совесть не успела заесть окончательно.
Декодер работал исправно, прилепившись к замку, он пикнул три раза и загорелся зеленым.
Не убирая прибора, Лера нерешительно дернула дверь на себя, надеясь в глубине души, что та не откроется. Но директор знал своё дело и знал, что давать своему «шпиону». Дверь поддалась, пропуская девушку в кабинет.
По сравнению с прошлым разом, тут царила еще большая разруха. Карниз валялся на полу, высокие стекла, скрывающие награды и дипломы, оказались побиты. Нетронутым выглядел только тяжелый стол и массивное приставленное к нему кресло.
Лера в ужасе смотрела на хаос, в котором погряз кабинет. Теперь стало понятно, что бил и ронял Олег по ночам. Отогнав от себя пугающие мысли, девушка медленно пошла по ковру, периодически поднимая разбросанные книги. Заветная папка лежала на самом краю стола, под пестрым ворохом Лериных футболок.
«Ах вот куда девались вещи из стирки!», — подцепляя пальцем находку, в ужасе подумала девушка.
Олегу было значительно хуже, чем он пытался показать. Но мужчина держался, умудряясь ловко водить её за нос, читая на ночь книги и сидя почти вплотную при просмотре фильмов.
Размышлять и предаваться унынию было некогда. Подвинув одежду в сторону, Лера взяла в руки папку. Тяжелая, толщиной с пару глянцевых журналов, черная с металлическими клепками и объемной мордой невиданного зверя.
