Девушка видела, как один из стоявших до этого неподвижно парней что-то шепнул директору, слету награждая его ударом в живот. Широкая фигура подошедшего главаря скрыла от Леры происходящее, но уши ей никто не затыкал. Звуки ударов сыпались как горох на каменный пол.
Покрутив Леру за подбородок и пару раз легонько шлепнув по щекам, мужик отстранился и приказал:
— Харе его метелить, девка очухалась.
Дальше притворяться смысла не было. Лера, внутренне сжавшись, открыла глаза, тут же встретившись взглядом с главарем. Немолодой, но очень крепкий, с абсолютно седыми, практически белыми волосами, забранными в высокий хвост. Крупный нос, гладко выбритое лицо, обезображенное широким рваным шрамом, мерзкая ухмылка на губах и холодный безжалостный взгляд, пробирающий до костей.
Нож он так и не убрал, продолжая ненавязчиво проводить лезвием по ногтю.
— А что ты, Аргос, скажешь, если мы твою подстилку отымеем? — с издевкой спросил мужчина, отойдя в сторону, чтобы директор мог видеть Леру.
После этого заявления девушка готова была потерять сознание от ужаса, и только вид избитого Вениамина заставлял её в бессильной злобе сжимать кулачки.
— Я вас умоляю... Я что, секса не видел?! — сплюнув кровью, произнес брюнет. — Но если соберетесь, то и мне подрочить не забудьте, — воодушевленно закончил он.
Лера готова была разрыдаться от страха и несправедливости. Такого предательства от Вениамина она не ожидала даже при всей его подлости. А ведь она наивно верила, что на этого человека можно положиться в любой беде. Слезы быстро вытеснила злость. Пусть только попробуют! Пусть развяжут руки, она живой не дастся!
— Что стоишь, Сивый? Видишь, девушка тоже не против! — продолжал откровенно подначивать директор.
— Я и забыл, что ты любитель групповушек, — отворачиваясь от Леры, произнес главарь. — Трахом тебя не проймешь, но вот если я её прирежу, ты же не будешь счастлив?
Лера, не успевшая еще понять, что изнасилования удалось избежать, испугалась по-новой.
— Не буду, — задумчиво согласился Вениамин. — Предлагаю взаимовыгодную сделку. Ты доставляешь девчонку до приюта, откуда она мне звонит, докладываясь о своем состоянии, а я, так и быть, называю тебе код.
— Идет, — легко согласился Сивый. — Мих, Берл, заберите её.
Дюжие мужики подхватили тяжелый стул, как пушинку, и потащили Леру на выход. Извиняющийся и печальный взгляд директора провожал её до дверного проёма, но потом его поглотила коридорная тьма.
Сивый вышел в коридор сразу за своими ребятами, оставив Вениамина под присмотром мрачного автоматчика.
— Вниз, на второй этаж, несите в одну из комнат, — негромко приказал он. — Пока код не получим, не трогать.
— Вы обещали отпустить! — поборов леденящий ужас, прошептала Лера.
— Если будешь хорошей девочкой, может, еще и отпустим, — с гадкой усмешкой заверил главарь и, кивнув подельникам, вернулся в зал.
Молчаливые ребята поудобнее перехватили стул с двух сторон и двинулись вниз по лестнице. Лера старалась даже не шевелиться, прекрасно понимая, что падение в компании тяжеленного кресла не пойдет на пользу её пошатнувшемуся за последнее время здоровью. Молодцы же ронять никого и не собирались, целеустремленно протащив её мимо двух покуривающих автоматчиков, обосновавшихся на лестничном пролете.
— Обломится нам сегодня? — лениво спросил один из конвоиров, неприкрыто изучая связанную девушку.
— Как только дело обстряпаем, — довольным голосом ответил второй. — Так сразу и развлечемся.
Девушке этот разговор решительно не нравился, но её мнения тут не спрашивали, а высказывать его вслух было чревато еще большими неприятностями. Стараясь не впадать в бесконтрольную панику, Лера сосредоточилась на проплывающих мимо стенах. Покрашенные облупившейся грязно-желтой краской, с жирной коричневой полосой-бордюром почти у самого пола, они не могли надолго отвлечь от пугающих мыслей.
Транспортировка внезапно завершилась в маленькой комнатушке с одной-единственной негорящей «лампочкой Ильича», повисшей на паре оголенных проводов. Через горизонтальные узкие окна без стекол, расположившиеся под потолком, проникали багряные лучи заходящего солнца. Они свежей кровью стекали по стене, превращая и так неуютное помещение в камеру пыток. Сгрузив свою ношу, мужики размяли плечи и прикрыли массивную металлическую дверь.
Лера, глотая слезы, следила за их действиями. Её посадили против солнца, и оно теперь немилосердно разъедало глаза, не позволяя подробнее изучить комнату.
— Думаешь, расколется? — с сомнением спросил плечистый наголо бритый великан у своего товарища, изучающего небольшой хищный пистолет.
— Не знаю, это же Аргос, хотя все зависит от того, как его Сивый пытать будет, — со знанием дела ответил второй, более молодой и хлипкий на вид.
— Ого, Мих, а это чё за волына у тебя такая моднёвая? — наконец обратив внимание на манипуляции приятеля, спросил великан.
— А это у Аргоса было. Клёвая тема, легкий, удобный, со встроенным глушителем. Захапал, пока Сивый не видел, — довольно оскалившись, сообщил Мих. — Слушай, Берл, постой на стрёме, я пока девку потискаю, потом махнемся.
