— Должно быть, я не привык к такому количеству людей и не знаю, как с ними общаться. Какой к кому нужен подход, с чего начать разговор. Всю жизнь я учился, отец вдалбливал мне и моим братьям в голову осознание того, что нас в любой момент могут убить или, что его не станет, и мы будем вынуждены себя защитить, и не только себя, но и нашу матушку, дом, и всех, кто в нем живет.
— Поэтому Варлок запирал вас в гробах и муштровал так, как ни один некромаг не готовит своего ребенка к будущему.
Крабат смотрел на меня осмысленным взглядом, в его кубке вина убавилось ровно наполовину.
— Да.
— Ты хотел себе такой жизни? Мечтал стать инквизитором?
— Да, как и мои братья. Методы отца далеки от гуманных, они жестоки, порой переходят черту дозволенного, могут сломать тебя, но в конце, когда все испытания пройдены, и он смотрит на тебя с гордостью, а ты чувствуешь, что да! Не подвел его, достиг цели — все отходит на задний план и, в первую очередь, страх. Но даже он — мимолетное ощущение. Признаюсь, рядом с отцом и братьями мне никогда не было страшно, как в тот вечер, когда меня заперли в гробу, и мы встретились на кладбище, — я не заметила, как перешла на шепот. Юро и Крабат придвинулись ко мне ближе, чтобы все услышать.
Оборотень довольно хмыкнул и похлопал меня по плечу, а Крабат сжал мою руку.
— Хотел бы я, чтобы меня воспитали так же.
— Возможно, ты бы пожалел о своем решении, если бы попал к моему отцу в ученики, — я улыбнулась Крабату, наполнив его кубок.
— Должно быть, вас с братьями постоянно обхаживают соседские мамаши с дочерями, иметь в зятьях кого-то из Некроманцеров… — оборотень сделал большой глоток и облизнул губы.
— Брачными делами ведает наша матушка, и даже если кто-нибудь попытается нас одурманить чем-нибудь, то пожалеет об этом. Братья давно научились различать по запаху и вкусу приворотные зелья. А я вот недавно едва не поплатился за свое незнание. Пендрагон постаралась или ее тетушка… — поделилась я, кивнув в строну ведьмочки, вернувшейся с Матиасом под руку.
— Да ты что? Не завидую я ее тетушке. Джиневра девушка хорошая, ведьма конечно — они народ сумасшедший, если чего захотят, то получат всеми возможными и, особенно, невозможными способами. Вероятно, и она, и тетушка подготовились. Я слышал, что она встречается с твоим напарником по зельеварению, — Юро повернулся в сторону парочки.
— Да, так и есть. Надеюсь, на этом попытки меня очаровать закончатся.
— В боевой магии без напарника тяжело, но все приходит с опытом, — Крабат нахмурился. — Тебе вдвойне тяжело с кем-то работать, ты привык все делать один.
— Воистину, это так, — согласилась я, и мы снова чокнулись.
Народ захмелел, а самые слабые выбегали на улицу и их знатно тошнило в специально отведенные для грязных дел бочки.
Вечеринка в таверне близилась к своему завершению, и высыпавшиеся в ночную прохладу студенты, решили продолжить веселье на кладбище.
Все на перебой предлагали сотворить что-нибудь с преподавательским крылом или вызвать несколько духов с того света, чтобы они рассказали какие-нибудь забавные истории, или вскрыть склепы, опробовать свои силы. Идей было много, но ни одну из них я мысленно не одобрила, понимая, что рано или поздно, все закончится как всегда — не самым лучшим образом.
— Предлагаю прямо сейчас начать экзамен, кто не справится с восставшими мертвецами, тот вылетает из Виверны, — пьяным голосом сообщил Ариан.
Не успел кто-либо что-то сказать, как он стал медленно призывать темные силы. Тьма клубилась под его ногами, заставляя землю издавать странные не то стоны, не то вздохи. Послышался треск разломанных гробов, и наружу стала выползать нежить, скелеты, духи с алыми всполохами в пустых глазницах.
Повеяло смрадом разложения и холодом смерти.
Тьма надвигалась, она подползала к ногам студентов, закручивалась кольцами на их щиколотках. Кто-то вскрикивал, но продолжал стоять, словно не замечая происходящего. Они не видели того, что видела я. Эти темные щупальца, высасывающие их свет и энергию.
