Маллеус же наоборот считал, что брат утрирует события, связанные с сестрой. Так же, как и отец, он был уверен - это всего лишь студенческие забавы и не более. Но напряженность Малефикарума он отчетливо чувствовал и от этого испытывал дискомфорт. Он не обладал его подозрительностью; старший брат, родившийся на несколько секунд раньше него — всегда был первым. Несмотря на одинаковую внешность, они были абсолютно разными по характеру. Что бы не происходило, Малле всегда и во всем прислушивался к старшему:
— Хозяин, ужин подан, — оповестил Безил, стоя в дверях.
***
Инквизиторы ввели в обучение третьекурсников практические занятия по патрулированию замка и его территории в ночное время. Теперь по утрам многие бодрились эликсирами, чтобы не уснуть на занятиях. Поблажек не делали ни для кого, жалобы не принимались. Несмотря на возросшее недовольство студентов по отношению к братьям, меня никто не трогал. И это было удивительно. Возможно, Галатея немного сбавила свои обороты и затихла, но я ни на миг не забывала, что она в любой момент может устроить мне очередную подлянку.
На патрулирование подвалов Виверны мы ходили по очереди втроем или вчетвером, хотя Джиневра всегда норовила прогулять. Матиас не слушал ее жалобы и, перекинув через плечо, тащил за собой. Рыжая ведьмочка не возражала, находясь на могучем плече своего молодого человека, втайне радуясь,. Джиневра обожала, когда ее носили на руках, а в данном случае на плече.
Матиас терпеливо относился к капризам своей дамы сердца. Будь я в своем истинном облике, возможно, мы бы с Джиневрой не общались, и она ревновала бы Матиаса ко мне.
Ночами, лежа в истинном облике, я смотрела в темное небо и представляла свою жизнь без воспитания отца. Как бы она сложилась? Какой я могла вырасти? И повстречалась бы тогда с Астаротом?
Облик демона, его голос, прикосновения, не забывались, и я знала, что сама подписала себе этот приговор, чувствуя, как внутри поднимается приятное волнение от того, что было и возможно будет. Не стану ли я его очередной игрушкой. Человеком, чью душу он выпьет тогда, когда захочет.
Единственным местом, где я могла побыть наедине с собой и, хотя бы ненадолго отвлечься от тяжелых мыслей, был берег моря.
В одном из патрулирований, я практически попрощалась с жизнью, когда мы неторопливо брели по подземелью университета. Со мной были Джиневра и Матиас, Юро ходил с Крабатом. И сегодня была их очередь сторожить кладбище в компании с Арианом.
Галатея прогуливала, делая вид, что заболела и отлеживается в лекарском крыле.
В душе я злорадствовала от того, что Ариану в компании с друзьями не поздоровится, и спокойная ночь патрулирования будет прервана мужскими криками, потому что Юро не сможет просто так пройти мимо защищенного парочкой проклятий склепа, где залежались интересные для изучения артефакты. Поэтому, Ариан исполнит роль щита, а Крабат с Юро, так и быть, доведут его потом до лекаря.
Несчастный Ариан вторую неделю ходил в бинтах, став похожим на ходячую, дурно пахнущую лечебными мазями, мумию. И мне было доподлинно известно, что Рианнон приложила к их готовке руку. Она сама недолюбливала Ариана и его свиту, особенно после того, как одна из подруг Галатеи испортила ее зелье и у снимавшего пробу Корвина случилось отравление. И это у вампира! Позже, когда все образовалось, в отместку за испорченное варево, Рианнон наградила обидчицу и ее окружение ярко-лиловой физиономией с гноящимися прыщами. На местных красавиц смотрели со смесью ужаса и отвращения, а довольная собой целительница, обнимала бледно-зеленого, после отравления, Корвина.
Сейчас же, мы с Матиасом и Джиневрой осматривали коридор на наличие старинных ловушек. Их установили при постройке университета от нерадивых студентов и шкодливой нечисти. К таким относился злобный Бабай — противный старикан, проходящий сквозь стены и пугающий народ в темных коридорах или в библиотеке. Порой, его мелкие пакости очень мешали не только студентам, но и преподавателям. Старшим было недосуг заниматься всякой мелочью и для этого братья Некроманцер ввели патрулирование: «Практика во благо университета».
