– Это куклы. Они не станут говорить с тобой и делать что-либо. Сконцентрируйся и оставь тех, кого бы ты на самом деле хотела бы видеть.
Лира оглянулась на Эверта. Было что-то в его голосе, что заинтересовало ее, если не заставило встревожиться. До последнего сказанного в его голосе звучали увещевания и какие-то успокаивающие интонации, а вот когда он сказал про «говорить» и «делать» они стали холодными и ничего не значащими.
– Среди них абсолютно все?
Эверт подбирает ее руку в свою, заключая холодные пальцы в свою горячую ладонь.
– Вряд ли этот зал вместе бы всех. Только те кого ты помнишь лучше всего.
Лира кивнула быстро облизнула губы и повернулась к стоящим стоило плите выдвинуться наружу. По коже промчался озноб, а волосы на затылке зашевелились. Вглядываться в эти знакомые лица среди которых был и Эверт не хотелось. Хотя. Она остановила взгляд на его лице, почувствовав, что побледнела.
– Что я должна делать?
– Лира?..
– Это всего лишь куклы. Результат магии.
Эверт положил руку поверх ее, но Лира отшвырнула ее, внезапно разозлившись. Шутить, как это бывало обычно в ситуациях, когда ей страшно не хотелось. Знакомый металлический блеск спиц и матовые обода колес перевернули все чувства.
– Ты должен был предупредить меня.
– Ты бы не пошла?..
Лира бросила на него ненавидящий взгляд и убрала руку от каменной плиты. Она направилась обратно, но не к выходу, а к тем людям которых знала всю жизнь.
– Нет.
Она подошла сначала к родителям, отметив, что злой храм вернул их такими какими она их запомнила. Отец так и был без галстука, в невероятно идущем ему костюме, несвежей голубоватой рубашке, он смотрел вперед и не обращал на нее никакого внимания. Его щека так и блестела, едва заметным блеском от стершейся помады. Она взяла в свою руку, усеянные перстнями пальцы матери, прижала к своей щеке и тут же отпустила ее кисть обратно. Она была холодна и безжизненна. Вновь стало жутко и возникло ощущение, что они попали в склеп.
– Кто это?
– Это мои родители, Эверт.
Какой же скотиной нужно быть, чтобы притащить ее сюда, зная, что у нее нет здесь никого? У нее нет возможности смотаться домой на выходные или созвониться с ними по «What’s app». Она смахнула пробежавшие по щекам слезы.
– Прости, я не подумал, – проговорил мужчина с явной досадой. – Пойдем отсюда!
Он попытался взять ее за руку.
– Храм показывает абсолютно всех и живых, и мертвых? – проговорила она глухо, с одной стороны радуясь его присутствию, а с другой стороны злясь на то, что тот такой идиот.
– Только живых.
Лира с облегчением выдохнула. Последние слова мамы здорово напугали ее тогда и все никак не выходили из головы. Несмотря на кажущуюся уверенность и решительность мама ужасно боялась перемен, и эта ее особенность совсем не касалась политического строя, курса рубля к доллару или какой еще чуши. Лира помнила, как ее потрясла смерть деда и как потом она дрожала над ней, доводя заботу и опеку до какого-то совершеннейшего безумия. Маме было страшно и в том не было ничего плохого. Ситуация с сиделкой, лошадью и падением с нее могла быть из той же «оперы» – ответным безумием на страшные и непоправимые события.
– Это радует.
Лира протолкнулась между «Эдвардом Каземировичем» и его помощниками, проигнорировала клон Эверта и присела возле «себя».
– Лира? Пойдем! Придем сюда в другой раз!
Он позвал так ее несколько раз, пока Лира не повернулась к нему и не прошептала:
– Ты не мог бы оставить меня ненадолго?
Слава Богу ей не пришлось повторять несколько раз и Эверт действительно оставил ее наедине со всеми. Лира хотела рассмотреть себя и не дать ему догадаться обо всем, но даже к своему собственному удивлению заговорила с этим продуктом магии, дотронувшись до ее руки.
– Я очень надеюсь, что с тобой все хорошо, Марта, – он погладила холодные пальцы, заглядывая в свои прозрачные глаза. – Надеюсь, что за это время ты приспособилась и перестала чудить…
Она вздыхает с содроганием представляя, что ее упекли куда-нибудь или стали пичкать сильнодействующими таблетками.
– А еще, что тебя никто не обижает. Позаботься о моих родителях и постарайся не расстраивать их. С Мёртом, кстати, все хорошо, но он все равно переживает за тебя.
Лира смяла губы, посмотрев себе под ноги.
– Я слышала, что ты великолепно управляешься с лошадьми, старайся проводить с ними все свое свободное время. Общение с ними помогает. Им-то плевать какого ты роста и на то, что у тебя что-то не работает.
Лира посмотрела в сторону входа, увидев мелькающую тень Эверта, поднялась и пошла к плите, положив на нее руку. Что он сказал ей? Надо сконцентрироваться и представить того, кого бы она действительно хотела видеть. У нее получилось, но далеко не с первого раза. Осталась виновница ее пребывания здесь Марина Константиновна, бросивший ее Вадим и вечно лажающий Эверт.
– У меня не получается оставить одного, – пожаловалась она, вернувшемуся сэгхарту. – Только эти трое.
Вид у него был такой же как в первую их встречу – злой. В этот раз его сапфировые глаза были похожи на камни больше, чем во все остальные семь дней в которые ей удалось узнать его.
