Наслаждались этим зрелищем мы недолго, сколько именно, точно не скажу. Но вот, задергавшись, пошли рябью и эти трубы - и перед нами снова оказалась каменная стена.
Переговоры прошли... Ну, в общем, прошли. Шель озвучил свое пожелание пожить в человеческой шкуре, а вот выдвигать предложение для Империи не стал, ограничившись более чем кратким изложением своих возможностей и принципов своей работы, а также четко обозначив, что переговорщиком с имперской стороны видит исключительно присутствующего здесь господина Миллера. Нашу способность к телепатическому общению, да еще и не зависящему от расстояния, мы от Кройхта не скрыли, а вот о тех выгодах, которые получил от Шеля я лично, и о тех, которые я вытребовал для Демидовых, Шель умолчал. Почему умолчал? Ну это наши с ним личные отношения... А почему притормозил с уникальным предложением для Империи - так это мы ним заранее придумали. Интересно же, что запросят 'золотые орлы', не зная, сколько мы готовы заплатить? Ох, черт! Я уже мысленно сказал 'мы' применительно к себе и Шелю? М-да, самому интересно, к чему бы...
- Это с чего бы вдруг он тебя посредником назначил? - недовольно спросил Петров, когда мы выбрались на воздух. Спросил по-русски, чтобы ни его люди, ни егеря не поняли.
- Да мы с женой чуть не нанесли ему материальный ущерб, - признался я. - Он попросил этого не делать, ну мы и не сделали. Вот товарищ и проникся.
- Что за ущерб? - заинтересовался Петров.
- Костер пытались развести. Он утверждал, что это слегка сократит его запасы энергии.
- Вот как? - оживился Петров. - Значит, огнем можно вывести его из строя?
- Можно, - согласился я. - Только вот видишь, Пал Андреич, этих дохлых мерасков? - я показал на две кучки основательно присыпанным снегом трупов. - Он умертвил их за мгновение. Как он это сделал - не спрашивай, сам не понял. И почему он с нами так не поступил, не понял тоже.
- Хм, - только и смог сказать Петров. - Ладно, я, собственно, за тобой прилетел. - Он показал на все еще висящий дирижабль. - Собирайся, да пошли.
Во время полета Кройхт-Петров не произнес ни слова. Сидел и думал с мрачным лицом. Я тоже сидел и думал, и мое лицо тоже наверняка довольным не выглядело. Уж не знаю, что там не понравилось Кройхту, а мне не понравилось много чего. Например, его недовольство моим посредничеством. Или то, что ему интересно, как нанести Шелю ущерб...
- Ну, давайте: за нас с вами и за хрен с ними! - Николай, Серега и Алинка заржали сразу, Лорка чуть позже, когда Алинка перевела ей тост и объяснила его смысл. Дальше, конечно, мы говорили уже на имперском, но вот этот тост я просто обязан был произнести по-русски. Просто потому, что ни на каком другом языке так не скажешь. Выпили, закусили и продолжили просто болтать. Болтать весело, беззаботно, как и положено старым добрым друзьям. Строго говоря, мы как раз отмечали встречу Лорика с Сергеем, Алиной и Николаем. Правда, отмечали мы это историческое событие аж почти через месяц после того, как оно произошло. Ну, так вот случилось...
Кройхт, пользуясь своими изрядными полномочиями, быстро забрал нас с Лориком в Вельгунден. Он бы сделал это и еще быстрее, не упрись я рогом - мне же надо было передать дела Виннеру, да и моим непосредственным начальником все еще оставался генерал Штудигетт и только от него я мог получить приказ об откомандировании в распоряжение государственного лейтенанта-советника Кройхта. Кройхт, конечно же, всячески меня торопил, но вышло все-таки по-моему.
Зато в Вельгунден мы летели на дирижабле, и на этот раз на большом. После катастрофы 'тридцать седьмого' лететь снова было, честно говоря, немного страшновато, но выбора нам не дали. Правда, условия в полете по сравнению с малыми дирижаблями заслуженно претендовали называться комфортными - мы с женой сидели на мягком диванчике, перед нами стоял невысокий столик, нас кормили бутербродами и поили кофе. Ну и скорость, да. Обычным порядком нам пришлось бы лететь часа три до того же Комихафка, а там трое суток ехать поездом, а так мы вылетели из ставки Штудигетта и уже через двое суток покинули борт воздушного корабля, ступив на твердую землю окраины имперской столицы.
Ясное дело, мы с Лоркой сразу же двинулись ко мне, ну то есть к нам, на квартиру, благо время было не такое позднее. Понятно и то, что народ появлению Лорика, да еще и в качестве моей законной супруги, искренне обрадовался, как и то, что мы тут же подверглись общественному порицанию за сокрытие от народа нашей свадьбы. Чтобы оправдаться, мы с женой обещали народу организовать вот прямо уже на днях гулянку, а летом - поездку к Триамам в лес. Ну до лета время еще есть, а вот насчет гулянки прямо на днях мы жестоко ошиблись - прошел, как я уже говорил, почти месяц, а мы вот только сегодня отмечаем...
Почему так? А сами не догадаетесь? Взяли нас в оборот с нашим открытием. Да в такой, что мало не показалось.
