Время-то бежит. И ты не молодеешь. Тик-так, тик-так, пора заняться изготовлением деток, да? — хитро щурит глаза и оглядывает меня с ног до головы, будто оценивая, котируюсь ли еще я на рынке отношений. Хмыкаю в ответ.Я не знала, что ты главный враг моего отца, когда провела с тобой ту злополучную ночь. А ты не знаешь, что под моим сердцем уже живет ребенок. А еще не знаешь, что у него будут твои глаза.
Романтическая эротика
Современный любовный роман
В тексте есть: очень откровенно, разница в возрасте, властный герой
Ограничение: 18+
Цикл: Под запретом
Время-то бежит. И ты не молодеешь. Тик-так, тик-так, пора заняться изготовлением деток, да? — хитро щурит глаза и оглядывает меня с ног до головы, будто оценивая, котируюсь ли еще я на рынке отношений. Хмыкаю в ответ.
Я не знала, что ты главный враг моего отца, когда провела с тобой ту злополучную ночь. А ты не знаешь, что под моим сердцем уже живет ребенок. А еще не знаешь, что у него будут твои глаза.
— Сделка состоялась! — на стол с грохотом падает толстая папка. — Они подписали документы.
Вздрагиваю. Злюсь. Поднимаю глаза.
— Это и так было понятно. А ты, в следующий раз, не подкрадывайся.
— Напугала? — Оля растерянно озирается по сторонам.
— А сама как думаешь? — одергиваю себя. Слишком уж я резка с ней. Всему виной гормоны.
— Ну и что теперь делать!? Нас же всех точно сократят! — шипит подруга, шаря глазами по соседним столам. Но все занимаются своими делами. Никто не обращает внимания на новость, от которой напрямую зависит их жизнь. Не в прямом смысле, конечно, но уж карьера то точно.
— Почему все так спокойны?
Пожимаю плечами.
— Может просто не слышали, как громко ты об этом заорала? — безразлично отвечаю подруге.
Девушка обиженно поджимает губы.
Вздыхаю.
— Ладно, прости, Оль. — смотрю ей в глаза. — Меня не сократят.
Ее брови недоверчиво ползут вверх по лбу, как маленькие альпинисты, покоряющие очередную вершину.
Не могу удержаться и смеюсь в голос. Тут же чертыхаюсь. Да за что мне эти неконтролируемые эмоции двадцать четыре на семь?
— Амин… — подруга перешла на шепот. — Ты что, того? — она пытается что-то выразительно изобразить глазами, выпучивая их.
Ржу еще сильнее.
— Чего, того?
— Нууу… Это… Под чем-то?
Почти падаю под стол от смеха.
— Ага, блин. Под жизнью!
Оля шутку не оценила. Лицо ее сделалось таким, словно она целиком лимон проглотила. Стало жалко подругу.
— Ладно. — голос как можно серьезнее. — Моя жопа точно в безопасности. В общем то я беременна. Беременную же не уволят? — риторический вопрос. Права не имеют. Я ж скандал такой учиню.
Девушка посмотрела на меня так, будто я вообще не женщина и беременной оказаться никак не могу.
— Шутишь?
— Каждое утро над фаянсовым другом от токсикоза так шучу, оборжаться! Будто в Стендап попала! А сейчас нет, вполне серьезно.
— От кого?
Задумалась. Если сейчас скажу ей, что не знаю, она точно не так поймет.
Была, ни была.
— Не знаю. — жму плечами, будто это вообще никакого значения не имеет.
Оля тем временем как раз делала глоток воды, который фонтаном хлынул из ее пухлых губ, стоило мне ответить.
— Как это? Не знаешь кто именно? Этот тот, из клуба, месяц назад, да? Так и знала, что у вас что-то было! — глаза девушки заблестели от ликования, мол «смотри какая я молодец, не зря я в тот вечер тебе бурный секс пророчила».
Стоит, нет, ее разочаровывать?
— Тот стручок из клуба в общем то свалил, как только я сказала, что люблю групповушки и БДСМ.
Нет, пора завязывать. Бедную Олю с моими шутками сердечный приступ хватит.
— Ладно. Не он это. Да и срок уже порядка трех месяцев.
— Оооооо… — только и может ответить обескураженная подруга.
В офис входит высокий широкоплечий мужчина. Все разом оборачиваются.
Даже слишком высокий. Какой у него рост? Два гребаных метра? Я даже в классе была самой высокой, вся семья мне пророчила карьеру модели. А в пятнадцать у меня выросли сиськи. С третьим размером по подиуму особо не поскачешь, потому что они будут скакать вместе с тобой. И все модельные агентства поголовно начали мне отказывать, увидев два моих внушительных достоинства. А я и не расстроилась. Меня ж никто так и не спросил, хочу ли я быть моделью.
Я посетителя вижу в отражении стеклянной стены. В упор не смотрю — много чести. А вот походка его мне до боли знакомой кажется.
Не выдерживаю, разворачиваюсь прямо на стуле. Сиденье подо мною жалобно скрипнуло.
Мужчина среагировал на звук в повисшей тишине. Вскинул взгляд.
Ну здравствуй, отец моего ребёнка.
А я-то думала, не встретимся больше.
Удивлена, конечно. И это еще мягко сказано. На секунду, казалось, вообще душа в пятки уйдет. Но где наша ни пропадала? Я и не в таких передрягах бывала, ничего.
Сейчас гордо встану и походкой от бедра проплыву мимо. Делов-то. Кину на него максимально ничего не выражающий взгляд и все. Кто сказал, что я должна его помнить? Правильно, не должна. И плевать, что по памяти могу назвать каждую родинку на его спине и морщинку на лице, несмотря на то, что провела с ним каких-то жалких два часа.
Важно покашляла. Весь офис молчит. Что с ними сегодня? Может это какой-то супер важный клиент, а я не в курсе просто? Даже Оля притихла. Быстро уселась в свое кресло.
Ладно, мне бы ретироваться по-тихому.
Не дай бог узнает.
Да нет, у таких, как он баб вагон и маленькая тележка. С чего бы ему меня помнить?
Все смотрит. Не сводит глаз. Черт побери.
Плевать.
