Пока никто её не заметил, Нейт забилась в угол палатки и прижала колени к груди. Дрожащая, она против воли прислушивалась к перебранке бандитов, и громкие резкие крики заставляли ещё больше сжиматься от ужаса. Рядом с костром валялся бочонок пива, и большинство разбойников были навеселе. С каждой секундой их спор становился всё более яростным, готовый перерасти в драку.
Нейт не питала иллюзий, прекрасно понимая, какая судьба её ждёт. Она не была любопытной, но, работая прачкой, волей-неволей прислушивалась к бесконечным историям, сплетням и слухам, которыми развлекали друг друга женщины у реки. Занятая собственными горькими мыслями, Нейт, как правило, не участвовала в общих беседах, но в памяти всё равно отложились жуткие рассказы о похищенных девушках, изнасилованных, убитых или проданных в рабство. Теперь она с ужасом вспоминала все эти истории.
Нейт сидела в темноте. Разбойники, казалось, о ней забыли. За все время никто даже не заглянул в палатку проверить, не сбежала ли пленница. Прошли часы, прежде чем Нейт услышала шорох приближающихся шагов. Она вся подобралась, не в силах отвести взгляд от узкой полосы входа, чуть более светлой, чем остальное пространство. Полог отдёрнулся, и в палатку залез высокий мужчина. Нейт не видела лица, только силуэт, от этого показавшийся особенно угрожающим. Мечтая стать незаметной, девушка попыталась сильнее забиться в угол. В темноте блеснула ослепительная улыбка — незнакомцу понравился её страх. Из-за высокого роста мужчина не смог выпрямиться и подполз к жертве на коленях, грубо дёрнул за руку на себя. В ноздри ударила невыносимая вонь — кислый запах дешевого пива и верблюжьего пота. Сопротивляясь, Нейт хлестнула разбойника по лицу, а через секунду её голова взорвалась ослепляющей болью. Мужчина без труда вытащил оглушённую девушку из палатки, бросив к ногам сообщников, словно мешок с песком.
Ночной холод вонзился в обнажённое тело. Окружённая разбойниками, Нейт прикрывала руками промежность и грудь. Совсем недавно она бегала нагишом по долине, никого не стесняясь, но под этими жадными взглядами ощутила непреодолимое желание спрятаться. От страха и неизвестности девушку затрясло. У неё будто случился приступ падучей болезни. Сжавшись в комок на холодном песке, она смотрела вверх на обступивших её бандитов.
Некоторые из них были одеты в грязные лохмотья кочевников, другие, чернокожие, с бритыми черепами и татуировками по всему телу, несмотря на холод, носили лишь короткие набедренные повязки, едва прикрывающие ягодицы. Тела разбойников лоснились, густо намазанные верблюжьим жиром. У многих были проколоты губы, уши, носы, и в дырки вставлены кости мелких животных. Египтяне выглядели не такими пугающими. Волосы у них были преимущественно длинные. Носили их распущенными или заплетали множество тонких косичек. Африканцы на их фоне со своими татуировками и бритыми черепами казались настоящими демонами, жуткими джиннами, обитающими в пустыне.
Один из чернокожих бандитов вдруг ухмыльнулся, обнажая заточенные треугольником зубы.
— Беги, — сказал он.
Шайка разбойников расступилась, и на фоне звёздного неба девушка заметила очертания недостроенной пирамиды — далёкий, но всё-таки ориентир. Отсюда не было видно, но Нейт знала: за пирамидой лежит Город мёртвых. Мыслями Нейт унеслась далеко вперед. Перед внутренним взором, как наяву, промелькнули ряды мастаба, спящие, притихшие улицы жилых районов и её собственная жалкая хижина, затерянная среди скал. Спасение. С трудом поднявшись на ноги, девушка бросилась в сторону пирамиды, но не успела пробежать и пару локтей, как её схватили и снова с хохотом повалили на землю. Во второй раз, прежде чем догнать, ей позволили взобраться на один из невысоких барханов, а затем с громким улюлюканьем столкнули по песчаному склону вниз. Обратно в лагерь её притащили за волосы.
Какое-то время бандиты забавлялись тем, что передавали её по кругу, тиская и отпуская скабрезности. Но вскоре это занятие им прискучило, и Нейт оказалась распластанной на песке.
— Ну, кто начнет? — с явным желанием спросил одноглазый грек. Как и многие другие разбойники, он надеялся овладеть девушкой первым.
Даже теперь, обнажённая, лежащая у ног бандитов, Нейт не могла поверить, что весь этот кошмар происходит с ней. Казалось, что это сон, что ещё секунда — и вмешается высшая сила, разгневанный дух отца вот-вот спустится с небесных полей, спеша ей на помощь.
— Пожалуйста, не надо, — взмолилась Нейт, с отчаянием гладя на главаря разбойников — красивого молодого мужчину, единственного во всей этой шайке, кто своим видом не внушал отвращения.
— Постарайтесь не покалечить, — с ухмылкой ответил тот на её мольбу и, развернувшись, направился в сторону грязных палаток. — Не испортите мне товар. За такое личико можно выручить неплохие деньги.
