Рот наполнился слюной.
– Давай.
Робби купил один крепель и один брецель. Сэм и Портер ограничились пивом и отвлеклись на двух грудастых девушек с оборками вокруг декольте.
Пончик в ладони Элси был теплым. Она надкусила – брр, приторно. Элси сморщилась и протянула Робби надкушенный пончик:
– Возьми.
– Не шмидтовское качество? – поддразнил он.
– Шмидт? – встряла женщина в очереди, с круглым животом и таким же беременным прыщом на кончике носа. – Гейзель Шмидт?
Элси попыталась не смотреть на прыщ.
– Моя сестра, – пояснила она.
– О! Так вы, наверное, знакомы с Йозефом Хубом?
Пончик едва не вышел обратно. Элси попятилась, но женщина не отставала:
– Он искал твою сестру. Нашел? Он был командиром роты ее жениха. Петера Абенда.
Элси повернулась спиной к Робби. Женщина тоже. Она продолжала:
– Я была партий… была секретарем архива в Мюнхене. Никогда не забываю имена. – Она погладила себя по животу. – Мы с Йозефом приятельствовали до того, как я познакомилась с мужем. – Она показала через плечо на тучного человека в очереди. – Йозеф просил личное дело Гейзель Шмидт, я не дала и не могла дать – это же секретная информация по тем временам. – Она выпрямилась, как бы защищаясь. – Мы больше не встречались. Я все гадала, нашел он ее или нет.
– Когда это было? – Сердце у Элси забилось, надежда ожила.
– Хм-м… – Женщина постучала пальцами по огромному животу. – Сорок первый, сорок второй. Не помню точно. Целая вечность прошла, да?
Да уж. Элси вспомнила, как Йозеф впервые вошел в их пекарню – высокий, благородный; как на экране в темном кинотеатре – только фигура, по краям размытая.
– Под конец войны такое творилось. Я уже много месяцев о нем не слышала, – сказала Элси.
– Так вы его
Летнее солнце палило, несмотря на шляпку.
– Какая жалость?
– А вы не слышали?
Элси покачала головой. Уши горели.
Женщина глянула на мужа и сунулась ближе:
– Его и группу офицеров СС нашли на корабле. На приколе стоял в Брунсбюттеле. Все с собой покончили.
Элси зажмурилась и снова открыла глаза.
– Застрелились. Море крови. Один только не застрелился – Йозеф. Говорят, вколол себе смертельную дозу, – прошептала женщина.
Элси глотнула воздуха, но это не помогло. В горле вскипела кислота. Отвернуться Элси не успела, ее вырвало прямо на деревянные сабо секретарши из архива СС.
К ней бросился Робби:
– Элси?
Она упала на четвереньки, вцепилась в траву.
– Извините. Она выпила, – объяснил женщине Робби. – Ей всю неделю нездоровится. Толком не ест.
Женщина стряхнула с башмака кусок вязкого жареного теста.
– Ничего страшного. Со мной тоже недавно такое было. Ужас как тошнило в начале беременности.
Элси вперилась в ярко-желтый одуванчик. Голова еще кружилась, но гул толпы затих. Она положила руку на живот. Да быть такого не может.
– Original Message – От: reba.adams@hotmail.com
Дата: 14 февраля 2008 18:52
Кому: ricardo.m.chavez@cbp.dhs.gov Тема: Думаю о тебе
14 февраля 2008 года
С Днем святого Валентина, Рики!
Я тебе звонила, но ты, наверное, был еще занят на погранзаставе. Жаль, что я не могу перенестись к тебе и посмотреть, как солнце красит небо во все цвета нашего любимого мороженого. Сколько мы насчитали оттенков – тридцать три? На два больше, чем в «Баскин-Роббинсе». Мое любимое – маракуйя с ананасом. Та ложечка, что прямо над Санленд-парком в Нью-Мексико. Если увидишь сегодня, передавай привет от меня.
В Заливе закат совсем другой. По-моему, слегка размытый. Но квартира красивая. Лея, мой редактор, помогла найти и обставить. В доме на квартиры большая очередь, но по одному
Леиному слову меня переставили из хвоста в начало. Тебе понравится. С балкона видно море. Лея в редакции – настоящая яйцерезка. Напоминает Элси: натуральная пища, местное вино, на столе все строго калифорнийское. Ну, я пока новобранец, освоюсь – будет проще.
