– Это он? – мама бледнеет, указывая отцу на кого-то в толпе гостей. – Мне не показалось?Папа прослеживает её взгляд и мгновенно меняется в лице.– Он. Вернулся ублюдок.Я пытаюсь понять о ком они говорят, когда папа берет меня за локоть и кивает в сторону небольшой группы людей.– Лия, видишь этого мужика, всего в черном?– Да.– Запомни, от него нужно держаться подальше. У него со мной личные счеты. Если увидишь, что он идёт к тебе, разворачивайся и беги. Сразу ко мне, поняла? Не смей даже приближаться к нему.Пульс срывается. Хочется приложить руку к груди, чтобы сделать вдох. Ведь я не просто приблизилась к нему. Я проснулась сегодня в его постели.
– Это кто?
Амир просканировал тяжелым взглядом миниатюрную испуганную девушку.
– Извини, Амир, пришлось брать её с собой, – виновато пробормотал охранник, крепко держа незваную гостью за локоть.
Длинные пальцы Алика сомкнулись вокруг хрупкой руки, и сжали её с такой силой, будто девчонка вот-вот рванет со всех ног.
– Зачем?
– Этот упирался, – пробасил теперь уже Егор, толкая в плечо нервно перетаптывающегося на месте Павла. Именно его должны были привезти эти двое, а не довесок в виде девицы, которая ни коим образом не вписывалась в план Шахина. – Мы его с утра вели, а он к ней прилип. Как знал, что искать будем. Пришлось подходить напрямую и приглашать на разговор. Мы вежливо пытались, он идти добровольно отказался. Начал на всю улицу вопить, что ничего не знает и ни в чем не виноват. Девчонку эту за руку схватил, а она давай угрожать, что закричит и папе своему липовому из органов пожалуется. Пришлось брать обоих, чтобы не привлекать внимание. Вечер уже, народ внимание обращать начал.
– Ясно.
Мужчина раздраженно выдохнул. Вот что значит поручать дело непрофессионалам. Плёвое дело, надо сказать. Всё, что требовалось от охранников его бара – привезти сопляка, но они даже с этим не справились.
Под тяжестью стального взгляда черных, как бездна глаз Алик с Егором переглянулись. Понимали, что накосячили, но как было иначе поступить? Оставили бы её там, она бы полицию вызвала, а этого бы им Амир точно не простил.
Бегло взглянув на смотрящую на него исподлобья девчонку, мужчина вонзил в бледного Павла острый, как лезвие ножа взгляд.
– Ты подумал, что твоя девочка поможет в случае, если я решу оторвать тебе яйца?
О прошлом Амира Шахина знал только узкий круг. Павел, судя по тому, как затряслись его ладони, тоже был в курсе благодаря своему ублюдку брату.
Ссутулился, выдохнул панически и замотал головой.
– Амир, поверь, я ничего не знаю. Я клянусь! – заикнулся, чем только сильнее вывел мужчину из себя.
Зачастую фраза «Я ничего не знаю» несёт в себе противоположный смысл.
Амир взмахнул рукой, чтобы тот закрыл рот.
– Выведи её отсюда, – бросил Алику, указывая на девчонку. – с родственником мы поговорим один на один.
– Нет, – девушка, к удивлению Шахина, вдруг рьяно воспротивилась, начиная упираться пятками в пол, пока охранник тянул её за руку к выходу. – Если вы причините вред мне или Паше, вы надолго сядете. Я не знаю, что он вам сделал, но вот так похищать людей посреди улицы могут только мерзавцы и слабаки!
Сощурившись, Амир столкнулся с ярко-синими глазами. Большими такими, как озера. Чистыми и невинными. На мгновение завис в них, заглядывая глубже, чем позволяла ситуация. От девицы исходило неприкрытое презрение. Она, почти вися на руке охранника, сжимала и разжимала кулаки, вскинув подбородок и готовясь защищаться. Глупая малышка.
Обычно его внешний вид внушал страх. От природы высокий, крепкий, видавший жизнь ему стоило только взглянуть на человека, как тот тушевался и замолкал. Эта же кажется, даже не думала молчать.
Венка на девичьей тонкой шее часто пульсировала, выдавая с какой частотой нёсся её пульс. Боится, хоть и хорохорится. Действительно смелая, или настолько глупая?
Стиснув челюсть, Амир взмахом руки остановил Алика и осмотрел бестию с ног до головы. В его планы входил только разговор с Павлом, а не разборки с проблемной девицей, которой от силы сколько? Восемнадцать хоть есть?
Черные как сама ночь глаза изучающе заскользили по девичьему телу. Ростом максимум метр шестьдесят пять, длинные пшеничные волосы, хрупкая фигура, которую ничего не стоит переломить без сверх усилий. Небольшая грудь, зажатая большой лапой охранника, узкая талия, стройные бедра, упакованные в обтягивающие джинсы. Кукла, самая натуральная. Шахин сотни таких видел. Сказать, чтобы красивая? Вернул взгляд на молодое лицо. Девичьи щеки покраснели от его пристального внимания, а он понял, что да. Красивая. Охренеть какая! Какой-то простой такой, понятной красотой. Настоящей, без косметологических усилителей.
И смотрела на него так, что Амира торкнуло. Неожиданно для него самого с размаху в солнечное сплетение. Внутри что-то подковырнула этой своей идиотской не оцененной смелостью. Захотелось подойти и изучить редкий экземпляр еще детальнее. Кожу молочно-белую потрогать, развернуть задом, со всех сторон осмотреть.
– Я тебя пока ещё не похищал, – шагнул к ней ближе, вынуждая запрокинуть голову. Пухлая, не тронутая помадой, нижняя губа дёрнулась, а зрачки затопили радужку, пряча синеву за чернотой, – в том, что ты здесь заслуга твоего парня. И пока я буду с ним разговаривать ты подождёшь своей очереди. Тихо и смирно, не создавая проблем. – А потом перевёл взгляд на Алика, – Выведи её, пусть посидит в зале. Объясни по возможности ситуацию. Без жести только. За то, что она здесь оказалась вы потом отчитаетесь отдельно.
