Маму утащил куда-то гигантский древний бог, и хорошо бы еще, не сожрал. По крайней мере, как олень, он должен быть травоядным... теоретически.
Приделавшийся к руке топор тоже напоминал о том, что ничего еще не закончилось.
- Да что ж вы с сараем-то сделали?! – вдруг послышался голос тетки.
- Ну да, вот этого-то нам и не хватало... - пробормотала Ася.
Доктор вскинул на нее совершенно потерянные глаза и вдруг по-доброму, понимающе усмехнулся.
- Нам конец, - просто сказал он.
- Может, в Туонелу? – наполовину в шутку предложила Ася и легонько пнула Черного, чтобы узнать, теплится ли еще в скелете какое-то подобие жизни, или он совсем рассыпался.
Кости зашевелились, и саамский колдун мерзко выругался по-русски.
- Живой, - с удовлетворением заметила Ася. – И язык подтянул.
- Живой? – оскорбился Черный. – Ты это называешь жизнью, девочка? Дай мне уже сдохнуть, наконец! Я так долго об этом мечтаю!
- Ты серьезно? – Ася вскинула бровь. – Так хочешь умереть?
- Да!
- И это после всего, что мы прошли вместе...
Сорьонен наблюдал за их препирательствами, и на дне белесых глаз что-то тлело. Он осмотрелся, прикинул, сколько еще у них в запасе времени перед тем, как его обожаемая сестра сунется в развалины и увидит там причину их возникновения. Выходило, что совсем немного.
- Как насчет того, чтобы сделать это для пользы дела? – спросил он.
Сперва доктора не услышали.
Потом, когда он повторил чуть громче, рискуя привлечь внимание Леены, Ася подумала немного и уточнила.
- А так разве можно?
- Я не самый сильный шаман на свете! - пожаловался скелет. – Так что не факт, что я даже умру, если ты ударишь меня этим топором по голове.
В доказательство этого он снял с себя череп и продемонстрировал немногочисленной публике. Публика впечатлилась.
- Об этом речи и не идет, - протянул отец. – Допустим, я отдам тебе свою силу...
Он покосился в сторону Ленина, который теперь назывался «сейд» и служил, очевидно, для жертвоприношений, и, вздохнув, закончил:
- А потом она тебя убьет.
Сперва Асе показалось, что она ослышалась. Она переводила взгляд с отца на притихшего на земле нойду, потом обратно, временами еще посматривая, не пробирается ли к ним через разруху тетка, чтобы положить дискуссии бесславный конец. Но Леену отвлекло что-то в самом начале, и она шумно копалась в обломках...
- Ты сейчас ЧТО сказал? – наконец, сфокусировав взгляд на отце, уточнила Ася.
- Что мы можем провернуть такой фокус. Раз уж кое-кто у нас так хочет умереть, а тебе обязательно надо кого-то убить... силой я могу и поделиться, мне она все равно никогда не была нужна. Что такого?
- Все! – припечатала девушка, для понятности топнув ногой. – Во-первых, я не собираюсь никого убивать. Ни тебя, ни его!
И она указала на скелет, который с нездоровым оживлением ждал результата их спора. Спасибо еще, не вмешивался.
- Даже если мне придется жить всю оставшуюся жизнь с топором на руке, - добавила Ася, припомнив аниме, в котором у парня была бензопила не то вместо головы, не то вместо руки. А чем она хуже?
Будет ездить на пне, в руке – топор, и если кто привяжется за школой – сам виноват.
- Но Марина... – прошелестел доктор.
- Не так! - отрезала его дочь. – Я против таких взаимовыгодных решений!
Она перевела дух и покосилась на Черного. Он выглядел, кажется, обескураженным, или может, такое впечатление производил его череп в неверном свете северного сияния. То, что оно так и полыхало над головами, значило, вероятно, что Мяндаш далеко не ушел и ждет, когда тут уже кого-нибудь порешат.
- И к тому же, ты уж прости, - она слегка пнула нойду. – Что тебе помешает сбежать с новообретенной силой?
Колдун булькнул, наверное, усмехнулся, признавая ее правоту, но внятного ответа не дал.
Зато отец вздохнул с благодарностью.
- Вот, - подытожила Ася. – Поэтому мы не будем никого убивать.
- А как тогда?
- Это еще надо придумать, - тут ее напор немного ослаб, потому что готового плана не было.
Идея имелась – такая же безумная, как и все, посещавшие ее в последнее время, и смысла она была не лишена, только очень уж страшно. Да и результат предсказать было сложно.
- О чем ты думаешь? – спросил доктор, протянув к ней руку.
- Ты сказал, можешь передать силу, - медленно проговорила Ася. – Ты это умеешь на практике, или только теоретически?
Отец скривился. Помолчал немного, потом вздохнул:
- Он умеет, наверное, - и указал на обиженный скелет, который собрался в сидячем положении и отвернул свой череп куда-то в сторону. – А я до недавнего времени вообще ничего такого и знать не хотел.
- Наслышана, - с явным разочарованием сказала Ася. – А жаль. Могли бы обойтись без убийств.
- Этот топор...
- Да, жаждет крови, - сузила глаза девушка. – Я слышу его голос!
И о том, что она вообще-то шутит, и ничего такого нет и в помине, отцу говорить не стала. Просто было очень трудно, никого не хотелось убивать, а спасти маму как-то нужно. Сделала ли она своим вмешательством лучше? Или только хуже?
