Дочь скорпиона полностью

Вынула из ножен тонкий и острый нож. С третьей попытки, морщась, кольнула мизинец так, что показалась красная капля крови. Выдавила каплю в ведро и проследила за ней.

Будем, надеяться, что сработает.

Кора, подняв мохнатые уши, наблюдала за странными действиями хозяйки.

Я поднялась по ступенькам на камень, села, поставила ведро с кровью на колени и, выдохнув, прижала мизинец с капелькой крови к храмовому камню.

И вновь камень впустил меня в свой бесконечный Космос.

Вместе со мной опрокинулось ведро. Кровь в невесомости разлетелась алыми шариками всех размеров, лениво плавая вокруг. Пока всё шло по плану.

Я парила в космосе. Здесь не было звуков. Даже когда я пробовала выдохнуть хоть какое-нибудь слово, то не слышала сама себя. С благоговением смотрела на звёзды, взмахивая руками как птица. Кровяные шарики сталкивались со мной и разлетались в разные стороны. Родинки за моих руках светились бело-синими лучами. А махи руками, оставляли за мной следы: спирали света, которые будто пружинки летели за мной. Я безмолвно ждала.

«Что-нибудь произойдёт?».

На этот раз камень не возвращал меня. В первый раз я была в камне, наверное, меньше минуты. Сейчас я летала давно. Десять, двадцать минут, час? Непонятно сколько прошло времени.

Ничего не происходило и это начинало напрягать.

Думай, Катя.

«Откуда звёзды могут знать, что мне нужно... Может попросить? Не безвольно плавать в пространстве, а всё-таки сформулировать запрос?».

Я сосредоточилась и зашептала, беззвучно шевеля губами:

«Сила Скорпиона. Мне нужна сила, пробуждённая сила Скорпиона, я хочу управлять ей. Хочу управлять порталами».

Будто рябь прошла по Космосу.

Шарики принесённой крови на моих глазах исчезли, словно втянутые в пространство. Сердце забилось сильнее: действует!

Точно как во сне звёзды засветились багровыми лучами. Я торжествующе улыбнулась.

«Получается!».

Свет от звёзд разрастается, дотягиваясь до меня. Я затаила дыхание и... меня пронзила острая боль.

«Больно!».

Меня будто поджаривали заживо, только было различие... Когда сжигают на костре, страдания заканчиваются, потому что есть предел: есть конец твоей плоти и вместе с нею — конец боли. Здесь, в камне, предела не было.

«Слишком больно!».

Я не могла скрыться.

Я кричала. Беззвучно кричала, извиваясь от нестерпимой, невероятной, огромной боли, а лучи продолжали бесстрастно пронизывать меня, каждую клеточку тела.

Боль стала моим единственным чувством.

Я плавала в Космосе своей боли.

Не знаю, сколько это продолжалось.

Для меня — бесконечно.

***

— Где она может быть, Кирел?! Ворон наблюдает за Храмом уже второй закат, мантикора сидит на месте, а её нет. Прошли сутки! Где она?

— Ваше Величество... Я могу только предполагать. Это же Скорпион. Она может быть и между мирами. Магия храма мне недоступна.

— Вечная ночь! Она нужна мне! Делай, что хочешь, но найди её!

***

Светло. Я очнулась от того, что мокрый язык Коры облизывал мое лицо.

— Кора... — едва двигая языком, произнесла.

О, я слышу себя. Как странно слышать себя, после... этого.

Я долго лежала, прежде чем смогла бесконечно сложно и мучительно вползти на Кору. Тряпочкой повисла на ней, пока она аккуратно выносила меня из Храма.

— Катя! — Слава Небу! Ты жива! — через несколько минут уже Наяр снял меня с Коры, махом подхватил на руки и торопливо понес.

— Пить хочу, — тихо пожаловалась.

— Сейчас, потерпи немного!

Я бессильно прижалась лбом к его плечу.

— Наяр, ты был прав... Это немного больно...

«Шутка».

Кора, поскуливая, трусила следом, я слышала ее.

Так странно, когда не больно...

Едва прикрывая глаза, я то и дело проваливалась в забытье. Издалека глухо звучал голос Ворона:

— Держись! Держись, птенчик.

«И чего так суетиться? Я уже даже могу вставать. Слабость есть, конечно, но аппетит у меня появляется».

Аксала сказала, что вчера меня навещал сам его Величество. Но я спала. Он оставил огромный букет благоухающих золотых цветов у кровати. По словам служанки, они редкие и безумно ценные.

Наяр дал знать о себе, буквально, как только я открыла глаза. Это было необычно: крупный чёрный ворон ловко миновал охранницу балкона Кору, переваливаясь, уверенно вошёл в моё приоткрытое окно и невозмутимо прыгнул на кровать. Я аж приподнялась от изумления. Ворон совершенно не боялся. Он бросил к моим ногам крупный алый цветок, похожий на пион, и запечатанную гербом Ворона записку. Я развернула её.

Катерина,

Рад, что ты очнулась!