Дочь солнца, сын луны полностью

– Нынешний император – малолетний ребенок, – продолжала императрица, – которым я могу управлять ещё много лет, и который ещё долго будет играть в игрушки и не станет думать о моём свержении. Но остались сильные семейные кланы. Вы победили и стали опасны для меня, господин Лэй. За вами армия, и я не могу допустить такую силу внутри страны. Хорошо, что вы – вояка, не видящий дальше своего носа. Да, с оружием в руках вы непобедимы. Но там, где следует проявить гибкость ума, вы идёте напролом, не замечая очевидного. Вас так легко заманить в ловушку. Я сразу поняла, зачем вы просите у меня разрешение распорядиться жизнью некоего человека. Речь шла про Сяо Ян. Как раз молодой Чен увлёкся ею, и я решила, что поймаю двух рыб на один крючок – избавлюсь от вас и обескровлю клан Чена. Так как честь девушки пострадала, я настояла, чтобы оскорбитель женился на ней. И одновременно отозвала вас в столицу. Чтобы вы расстроили свадьбу, нанеся оскорбление семьям Ся и Чен. И вы не подвели меня, сделали всё, как я планировала. Смотрите, у вас гэта , – она с улыбкой указала на доску. – Я загнала вас в угол. Теперь не убежите, вы попались. У меня бы всё гораздо быстрее, если бы не Сяо Ян. Ваша жена очень старалась сохранить мир между семьями. И ей почти удалось разрушить мои интриги. Верно говорят, что пряжу, которую запутала одна женщина, всегда может распутать другая.

– Если она всё знала, то почему не сказала мне? – генерал смотрел не на доску, где была разложена проигранная партия, а на правительницу.

Её белое лицо с накрашенными губами и подведёнными глазами казалось фарфоровой маской. Хотелось разбить эту лживую, улыбающуюся маску. Чтобы показать всем настоящее лицо женщины с чёрным сердцем.

– А вы бы поверили? – поинтересовалась она, склонив голову к плечу, отчего подвески на золотой короне звякнули.

– Ей бы поверил.

– И пошли бы мстить, верно?

– Верно, - сказал генерал жёстко.

– Вот этого Сяо Ян и боялась. Но теперь она никогда не испытает страха. Сегодня я прикажу ей выпить яд. Должна же я хоть как-то успокоить уязвлённое самолюбие? – императрица улыбнулась немного шире, показав на мгновение испорченные, кривые зубы.

– Откуда в вас такая жестокость? – спросил генерал. – Я всегда был предан трону. И моя жена не замышляла ничего преступного.

– Кто хочет править, тот должен принимать быстрые и кровавые решения, – ответила вдовствующая императрица. – Не забывайте, генерал, что я была всего лишь дочерью мясника. И вот теперь я правительница огромной страны. Я повелеваю всеми, и даже император ест из моих рук. Умная женщина сильна даже в своей слабости. Я не могу защитить себя с мечом в руке, но могу использовать силу своего ума. И поэтому не могу позволить, чтобы кто-то умнее меня. А значит, Сяо Ян должна умереть. Но ты можешь спасти её… – она таинственно замолчала.

Генерал смотрел на правительницу, не отрываясь. Стиснув зубы так, что играли желваки.

– Можешь изобразить, что напал на меня, – подсказала императрица. – Тебя казнят, и я обещаю, что оставлю в покое твою жену. Без тебя она будет мне уже не страшна.

- Да, отличный выход, - сказал генерал Дэшэн. – Только я не стану делать вид. Я убью тебя. Чтобы Сяо Ян жила спокойно, – и он вскочил из-за игрового стола, одновременно выдёргивая меч из ножен.

Но бешеный замах пропал на полпути.

Меч вдруг показался неподъёмно тяжёлым и вывалился из ослабевшей руки, а сам генерал рухнул на столик для игры в го, опрокинув чаши с фишками.

Белые и чёрные камешки застучали по каменным плитам беседки, куда уже бежали телохранители императрицы и дворцовая стража.

– Какой глупец, – сказала императрица, снисходительно и с лёгким презрением глядя на генерала, который безуспешно пытался подняться. – В вашем чае снадобье, отнимающее силу. Не слишком честно, но слабой женщине приходится защищаться своими способами.

Подбежавшие стражники схватили генерала Дэшэна, скрутили, бросили к ногам императрицы.

– Он посмел напасть на вас! – задыхаясь от возмущения и ужаса сказал министр финансов. – Прошу наказать его со всей строгостью, ваше величество!

– Со всей строгостью, – согласилась она, глядя на поверженного генерала сверху вниз. – Отныне генерал Дэшэн лишён звания и привилегий. Пусть его возят в клетке по городу, в назидание другим мятежникам. Каждый день он будет получать тридцать палок, а через десять дней будет казнён.

– Отпусти мою жену! – только и произнёс Джиан, когда его поволокли вон из императорского сада.

– Не волнуйся о ней, – сказала императрица ему вслед. – Её отправили домой в тот самый миг, когда ты начал играть в го.

Новость о том, что прославленный генерал оказался предателем и мятежником, быстро облетела город. Поглазеть на генерала-изменника сбежалась целая толпа. Вчерашнего героя посадили в железную клетку посреди площади, и хотя стража разгоняла особо рьяных зевак, всё равно в бывшего генерала летели комья глины, гнилые овощи и оскорбления.

На ночь генерала доставили в императорскую тюрьму. Получив тридцать палок, он, тем не менее, сам смог дойти до тюремной камеры.