Атмосфера торжества витала в каждом, даже самом отдаленном, уголочке Норы. Всё было так возвышенно и волнительно, так тонко и… просто. Слишком просто для новой Гермионы.
Девушка совсем не ожидала от себя подобной реакции, но всё окружающее теперь казалось ей каким-то… неуловимо убогим, жалким. В особенности на контрасте попыток придать всему вид великолепного праздника.
Праздник действительно ощущался. Но после поместья Малфоев, здесь Гермиона чувствовала себя неловко, хоть и стыдилась этого. Пусть со временем и стала привыкать, тем более что на фоне этого легкого налета маскирующегося нищенства теплые искренние отношения в семье Уизли проглядывались ярче и выглядели крепче, значимее.
Билла Гермиона пока не видела — его отослали из дома до торжественных двух часов. Флёр же просто сияла — вот кто действительно не выглядел простушкой. Внучка вейлы, одетая в свадебное платье, светящаяся счастьем — это зрелище, от которого трудно оторваться даже женщине, а о том, что будет с мужской частью гостей, Гермиона могла только догадываться. Сейчас она с миссис Уизли и Джинни помогала Флёр одеваться — Гермиона улыбалась, смеялась и начала наконец-то по–настоящему наслаждаться праздничным духом.
— Всьо хо’гошо? — взволнованно спросила Флёр, сверля свое идеальное изображение взглядом. — Я не пото’гстела?
— Ничуть, — хихикнула Джинни. Гермиона заметила, что она стала относиться к своей невестке намного лучше, как и миссис Уизли. — А что, есть причины?
— О ч’гом дума’гет столь jeune mademoiselle[17]?! — деланно возмущенным голосом спросила Флёр, и все четверо засмеялись.
— Ты прекрасна, — сказала Молли, промакивая платком увлажнившиеся глаза. — Совершенна. — Она перевела взгляд на Джинни и Гермиону. — Девочки, вы почему не переодеваетесь?
— Переодеваемся? — подняла брови наследница Темного Лорда.
— Мы с тобой, Амели и Габриэль — подружки невесты, — сообщила Джинни. — Пойдем, я покажу наряды. Хотя ты настолько потрясающе выглядишь, что прямо жаль что-то менять.
Надевая в комнате Джинни довольно симпатичную бледно–золотую мантию, Гермиона отметила сумрачное настроение подруги.
— Что с тобой? — через какое-то время спросила она, испытующе глядя на девушку.
— А? Ничего, — отмахнулась та, но потом плюхнулась на кровать и уставилась в пол. — Гарри.
— Его же ещё нет.
— Неважно. Он писал мне. И… Знаешь, иногда мне кажется, что я его ненавижу! — выпалила младшая Уизли.
— Он решил покинуть Хогвартс? — с замиранием спросила Гермиона.
— Нет. Он просил не говорить, почему — сам расскажет. Он решил другое. «Мы не можем быть вместе», — передразнила Джинни и скривилась. — Пока он не победит Волдеморта!!!
У Гермионы чуть быстрее забилось сердце и легонько засосало под ложечкой.
— Он, видите ли, любит меня, но нежности в его письмах… Только одни сплошные размышления о мести Снейпу и Драко Малфою! Ты читала о побеге Люциуса Малфоя из Азкабана?
— А… э… Да! Конечно, — немного смутилась Гермиона.
— Ты бы послушала Гарри — ещё послушаешь — я и сама возмущена работой мракоборцев, но, разорви меня грифон, он пишет только об этом!
— Как и когда он приедет? — спросила молодая ведьма, отворачиваясь к зеркалу и собирая волосы `a la Bellatrix.
— Папа отправится за ним ближе к двенадцати. Парная трансгрессия — он же ещё не сдал тест.
— Уже двенадцать.
— Не знаю, Гермиона, — пробормотала Джинни, откидываясь на кровать, — смогу ли я вообще его видеть! Это так тяжело… Что у тебя с Роном? — неожиданно спросила она.
— Ничего, — вздрогнув, ответила девушка. Получилось чересчур резко. — Мог бы и написать мне пару раз летом, — добавила она, чтобы объяснить свой тон.
— У него были другие дела…
— Что?
— Ничего.
— Джинни?..
— Неважно. Просто одна из кузин Флёр немного, кхм, увлекла моего братца. Нет, ты ничего не подумай! — тут же добавила она. — Не более чем и сама Флёр — на уровне диких фантазий!
— Ну и отлично. — Гермиона вдруг придумала замечательный повод охладить любовный пыл Рона, ибо встреча с парнем оставила в ней то же неприятное чувство какой-то убогости, что и весь дом, в котором он жил. А разыгрывать африканские страсти на пустом месте совершенно не хотелось — сейчас и так было чем заняться. — Мне, по большому счету, совершенно всё равно! — вслух закончила она.
— Зря я это сказала, — расстроилась Джинни.
— Забудь. Я разберусь с ним. Нам, наверное, стоит пойти вниз?
— Пожалуй, — кивнула девушка и озабоченно поднялась.
Но их остановил стук.
— Вы одеты? — спросил хрипловатый голос Рона из-за двери.
— Да, — сообщила Джинни, одергивая мантию.
Дверь открылась. Вошел Рон.
А следом за ним Гарри.
— Поглядите, кого я вам тут привел! — радостно сказал Рон.
— Привет.
— Здравствуй, Гарри, — кивнула ему Гермиона.
— Привет, — улыбнулась Джинни, выжидающе глядя на вошедшего. Но Гарри не шелохнулся, и постигшая основы легилименции Гермиона поежилась, ощутив весь коктейль гнева, негодования и обиды, взорвавшийся в душе рыжеволосой ведьмы.
