— Не получится, можешь так и передать своему господину, если спросит. Какая-нибудь гарпия, быть может, и пожелает ради интереса возлечь с ним, но ни одна не станет жить в клетке, даже золотой. Эти существа мыслят иначе, чем мы, в чем ты уже должен был убедиться.
— Госпожа Эрато говорила об этом, но я так до конца и не понял, что же она имеет ввиду, о Ступившая на Путь Вечности.
Целительница задумалась.
— Точно я не смогу ответить. У них иные ценности, например, взять те же деревья спити. Знаешь, почему дети неба не рубят их?
— Все знают, о Древняя. Гарпии считают деревья священными.
— Нет, это не так.
Лариэс был удивлен.
— А как же?
— Деревья для них — друзья, а друзей негоже продавать.
— Но они же отпиливают ветви и рубят больные деревья, — не сдавался Лариэс. — А также продают упавшие от старости, чем это лучше продажи трупа своего друга?
Орелия покачала головой.
— И снова не верно. Для них это, скорее, удаление больного зуба, который вполне можно и продать. Повторюсь: они думают по-другому. Пожалуй, для начала стоит рассказать немного о детях неба. Вот, взгляни.
Целительница задумчиво извлекла откуда-то из недр своей рясы перо и протянула его Лариэсу. Тот механически принял его и стал разглядывать, не понимая, что именно он должен тут увидеть.
— Это… перо гарпии? — несколько неуверенно проговорил он.
— Не понимаешь? — спросила Орелия.
— Не очень, госпожа, прости.
— Перья — не мех. Ты же видел гарпий, у них нет подкожного слоя жира, как у птиц, остающихся зимовать. Этот народ очень теплолюбив и когда они появились в Интерсисе, то постарались найти какие-нибудь места потеплее. Изначально гарпии жили возле залива Трех Костей.
Лариэс вспомнил длинные одинокие пики, торчащие из воды, и нахмурился.
— Там хорошие места. Теплое течение, богатое море, мягкие зимы. Что могло выгнать гарпий с побережья?
— Демонопоклонники. — Коротко и емко ответила ему Орелия. — Детям неба пришлось бежать на север, и сперва они поселились в Седых горах, но и оттуда пришлось уйти.
— Каррасы? — догадался Лариэс.
— Да, в те далекие времена племена каррасов не отличались особой терпимостью, и едва только крылатый народ осел в горах на территории одного из них, началась война. Гарпии ушли в Северные горы — в те времена там почти не было каррасов — и кое-как приспособились к жизни среди заснеженных пиков. Они охотились в долинах, ловили рыбу в горных реках, собирали ягоды и плоды с немногочисленных фруктовых деревьев. Но была одна напасть, с которой гарпиям не получалось сладить — холод. В пещерах было тяжело согреться, и за первую же зиму их племя понесло огромные потери. И тогда разведчики крылатого народа сумели найти тихое укромное место лишь немногим южнее. Место, огромные деревья которого, могли стать превосходным пристанищем. Ты ведь знаешь, почему спити ценится так высоко?
Лариэс знал. У этого дерева было множество достоинств: приятный запах, красивый цвет, долговечность, жаропрочность, устойчивость к влаге. Но главным, безусловно, являлось умение удерживать тепло и не пропускать холод. Комната, обитая тонкими — с монету толщиной — панелями из спити, за считанные часы набирало тепло и не отдавало его днями, даже если комнату совершенно не топить. При этом летом в такой комнате сохранится приятная прохлада, для чего достаточно лишь открыть окна на ночь и закрыть их днем.
— Гарпии делают свои дома на деревьях и из этих же деревьев, — заключил Лариэс.
— Именно. Спити — это деревья, которые спасли целый народ, и народ благодарен им, как верным товарищам. Гарпии заботятся о молодой поросли, удобряют и поливают, борются с паразитами. Они сосуществуют с лесом, понимаешь?
Лариэс кивнул.
— Поэтому каждый браконьер или лесоруб — враг для них? — пришел юноша к выводу.
— Злейший враг, — согласилась Орелия. — Ведь люди убивают их друзей.
Лариэс сокрушенно покачал головой. Он и представить себе не мог, что деревья — простые деревья! — могут стать для кого-нибудь больше, чем просто строительным материалом, растопкой, или товаром на продажу.
— Это заставляет задуматься, о Древняя, — произнес он.
— Правда? Это хорошо. Когда человек думает, он развивается, так что ты на верном пути, мой юный друг.
Лариэс хотел сказать что-нибудь в ответ, но в этот момент они перевалили через очередной холм, и юноше стало не до болтовни. То, что открылось его взору, поражало своей величественностью и мощью.
Огромные — в восемь или девять человеческих ростов стены, могучие круглые башни, чуть выступающие вперед, и флаги — полотнища зеленого цвета с раскинувшим крылья филином на них, — гордо развевающиеся на ветру. Они достигли Кастеллума, столицы Волукрима.
Как и в Виннифисе, их уже ждали на въезде. Большой отряд пехотинцев каррасов в полном вооружении впечатлил Лариэса. Каррасы были именно такими, как он видел на гравюрах: высокими и широкоплечими с птичьими головами. В руках каждый из горцев сжимал блестящую на солнечном свете глефу, за поясом носил короткий меч и был облачен в тяжелые латные доспехи без шлема.
