Лариэс, подобравшийся к принцу, кивком головы обратил внимание господина на этот факт.
— Если честно, не знаю, в чем причина подобного, — признался принц.
— Это знак того, что нас встречают с миром, — объяснила материализовавшаяся слева Мислия.
— Ну и как, поболтала с птичкой? — хитро прищурился принц.
— Поболтала, — скривилась первая Тень. — Но без особого толка. Из нее полезных сведений клещами не вытянешь, хотя, казалось бы, читать по лицу сможет даже слепой. Совершенно не понимаю матриарха. Все-таки дети неба действительно мыслят иначе, чем люди.
Разговоры затихли, каждый из воинов внимательно и с некоторой напряженностью разглядывал волукримских латников, инстинктивно держа руки возле оружия. В случае, если произойдет нечто непредвиденное, они ценой своих жизней сумеют купить достаточно времени для того, чтобы Мислия активировала Ковчег и перенесла его высочество обратно в Сентий.
Вблизи каррасы выглядели еще внушительнее. От них исходило ощущение силы и собственного достоинства, латы были вычищены так, что в них можно было смотреться вместо зеркала, на оружии нельзя было заметить ни единого пятнышка или царапины, да и сами иссеченные шрамами горцы производили впечатление настоящих псов войны, много чего повидавших на своем веку.
Отряд Тариваса замер перед встречающими и Эрато выехала вперед.
— Приветствую доблестных защитников столицы.
— Приветствуем тебя, госпожа! — рявкнул хор из трех десятков луженых глоток.
"Интересно, а почему они общаются на всеобщем"? — задумался Лариэс. — "Язык Аэтернума не должен быть в ходу у нелюдей, или я чего-то не понимаю? Хотя, акцент, конечно, страшный, это да".
А каррасы, меж тем, расступились, пропуская невысокую девушку, восседавшую на небольшой, изящной — как и она сама — лошадке. Девушка эта была облачена в роскошное платье багрового цвета с высоким воротом и вышитыми на рукавах драконами. Ее спину укрывал легкий малиновый плащ тончайшего шелка, а на ногах красовались сафьяновые сапожки. Небольшие аккуратные руки скрывали шелковые перчатки, причем на правом указательном пальце красовался золотой перстень с огромным рубином. Рубины же сверкали каплями застывшего пламени в ее серьгах и ожерелье, уложенном на высокой груди поверх ткани платья.
Роскошные волосы — еще более рыжие, нежели у Вилнара — были собраны в замысловатую прическу, скрывая левую половину лица. Впрочем, особой нужды в этом не было, так как все лицо девушки закрывала изумительной работы серебряная маска.
Сомнений быть не могло — им навстречу выехала стихийная чародейка Игнис Фейргебор, приемная дочь и наследница самого Вороньего Короля.
— Здравствуй, Перышко, — произнесла девушка. — Как добрались?
Голос у нее был на удивление хриплым и низким, совершенно не гармонирующим с внешним видом, но все-таки Лариэс должен был признать, что звучит он весьма приятно.
— Здравствуй, Огненная. Мои гости не причиняли хлопот, — весело отозвалась гарпия.
— Ридгар, Орелия, — девушка вежливо склонила голову и губы серебряной маски раздвинулись в улыбке, повторяя, как догадался Лариэс, движения мышц ее лица, — я рада видеть вас. Могли бы навещать чаще.
В этих словах Лариэсу почудилась почти что детская обида. Кажется, принцесса действительно была расстроена тем, что бессмертные друзья отца редко находят время для посещения далекой северной страны.
— Непременно, — усмехнулся Ридгар. — Как только ты найдешь себе мужа.
Игнис фыркнула.
— Только после того, как ты найдешь жену.
Кающийся расхохотался, затем соскочил с коня и, в два прыжка преодолев отделяющее их расстояние, сграбастал девушку в объятья и радостно закружил ее.
— Я скучал без твоих острот, крошка, — он поцеловал принцессу в лоб и только после этого отпустил, отступив на два шага и внимательно оглядев собеседницу. — Но как же быстро ты растешь!
— А вот отец считает, что я все еще маленькая девочка, — улыбнулась Игнис.
— Ридг, отстань от нашей совсем взрослой принцессы, — Орелия тоже покинула седло и, легко отстранив Кающегося, подошла к Игнис и по-матерински обняла ее, шепнув что-то на ухо.
Игнис сразу же подобралась, в глазах мелькнуло пламя ярости, и она взглянула на Блаклинт. Несколько мгновений Лариэсу казалось, будто особа королевских кровей, подобно гарпии, выскажет все, что думает о ривеландской принцессе, однако та, сделав над собой видимое усилие, заговорила учтиво, вежливо и официально.
— Ваше высочество Блаклинт Иссон, я полагаю?
Северянка, более бледная, чем обычно, нервно кивнула.
— Приветствую вас на землях Волукрима. Не скажу, что рада лицезреть вас, прошу прощения за это.
Произнеся это, она вежливо кивнула принцессе — как равная равной. Блаклинт поспешила слезть с лошади и приветствовала Игнис, как того требовал этикет, выказав при этом больше почтения и дав понять, что готова вести разговор с позиции просителя.
— Благодарю, ваше высочество, — произнесла она, стараясь не выдавать волнения.
