— Я предупреждал Яру, чтобы она не вмешивалась в мою личную жизнь. Но я никогда не говорил, что ты мне не нравишься.
— Яра не вмешивалась! — горячо возразила Катя. — Это я попросила. Я…
Она не договорила, окончательно смутилась и сникла. Очевидно, что в делах сердечных у Кати опыта нет. Она всегда вела себя уверенно, и только рядом с Матвеем словно стеснялась чего-то. Это он давно заметил.
— Давай встретимся, когда вернемся в Петербург? — предложил Матвей. — Сходим на свидание. Я возьму твой телефон у Яры и позвоню. Договорились?
— Нет, — возразила Катя. — Если ты делаешь это из жалости или благодарности…
— Я не стал бы так поступать, — перебил ее Матвей. — Спроси у Яры, она хорошо меня знает.
— У Яры… — Катя зябко повела плечами. — Ты можешь рассказать, что там произошло? Я была в яме с Любой. И, кажется, пропустила все самое интересное.
Матвей отрицательно качнул головой.
— Меня там вовсе не было.
— Но ты ведь знаешь. Яра… тайный агент? Ася говорит, что эспер. Разве такое возможно?
Он вздохнул.
— Уверен, Яра все тебе расскажет, если ей разрешат. Спрашивать бесполезно, мы все связаны клятвой.
Катя кивнула.
— Вот я и думаю, скоро ли я увижусь с Ярой, — сказала она. — И увижусь ли вообще. Матвей, если нам не дадут поговорить, ты скажи ей, что я в порядке. Пусть не винит себя. Это путешествие пошло мне на пользу. Я, наконец, определилась с направлением. Может быть, когда-нибудь будем работать вместе.
В гостиную заглянула Зулайка, жившая при доме.
— Петр Андреевич просил передать, чтобы шли завтракать, — сказала она. — Стол накрыт в саду.
— Я не хочу, — отказалась Катя. — А ты иди. Я тут посижу.
— Опять пропустишь что-нибудь интересное, — предположил Матвей. — И я не хочу оставлять тебя одну.
К столу вышли вместе. Дед и дядя Саша к ним не присоединились. Яра все еще не просыпалась, и Сава не желал отходить от нее ни на шаг. Ошалевшая Хадижа выглядела испуганной и довольной одновременно. У чеченцев женщина не может сидеть за одним столом с мужчинами, и в ней боролись природное бунтарство и традиционное воспитание.
Ася невозмутимо поглощала чепалгаш, слизывая с пальцев масляные капли. Миша взглянул на Матвея мельком, и, что удивительно, с неприязнью. Неужели расстроен тем, что свадьба его друга не состоялась? Но это несерьезно…
При Хадиже Матвей не рискнул начать разговор, но когда она вызвалась помочь Зулайке с посудой, спросил без обиняков:
— Миша, что не так?
Он не стал притворяться, выпалил в ответ, будто ждал этого вопроса:
— А тебе понравилось бы, если бы тебя использовали бы вслепую? Пусть я младше, но мы все же из одной академии!
— Никто тебя не использовал, — вздохнул Матвей. — Поверь, для нас было полной неожиданностью, когда мы столкнулись с вами на вокзале.
— Совпадение? — не поверил Миша. — Хочешь сказать, это совпадение? Вам не нужно было попасть в дом Вахи гостями?
— Совпадение. В это тяжело поверить…
— Вот и я не верю в такие совпадения!
— Ты же можешь понять, вру я или нет, — рассердился Матвей. — Да, мы не стали отказываться от приглашения Алана, но ведь ни о чем не просили.
— Да лучше бы попросили, — пробурчал Миша. — Я, вообще, не понимаю, как можно было привлечь к операции гражданских, но ничего не сказать мне.
— Я медик, — сказала Катя. — И меня прикрывали.
— А Мила⁈
Ася фыркнула и прикрыла рот ладонью.
— Скажи ему, — попросил Матвей. — Ты же догадалась? Одного не пойму… Он же там был. Видел своими глазами.
— Не видел, — пояснила Ася. — Поначалу ему не до того было, в него ножиком тыкали. А потом Милка велела к нам бежать, он и не разобрал с перепугу, кто командует. Ну, и помогал, да, держал щиты, Катю с Любой вытаскивал из ямы. Так что все пропустил.
— Вообще-то, я здесь, — хмуро произнес Миша. — Не надо говорить обо мне в третьем лице.
— Короче. — Ася покровительственно положила руку ему на плечо. — Мила — это Ярик Михайлов. И она эспер.
Катя быстро взглянула на Матвея. Он повел плечом, мол, слушай, я же предупреждал.
— Чего⁈ — вытаращился Миша.
— Того, бестолочь. Вы же поступали вместе, ты рассказывал, — напомнила Ася. — Как ты не понял, что Ярик — девушка?
— А ты, можно подумать, сразу поняла, — огрызнулся Миша.
— Еще в Москве, — сообщила Ася.
— Нет. Не может быть… — Он обхватил руками голову. — Как девушка? Мы же жили в одной квартире. Я же… в трусах…
Он замер, покрываясь красными пятнами. Матвею даже стало его жаль.
— Главное, что не без, — услышали они голос Савы, спускающегося с крыльца. — Аська, а тебе я еще припомню… любовь к Ярику.
Ася довольно рассмеялась.
— Поделом, Бестужев. Это была моя маленькая месть.
— Как Яра? — спросил Матвей. — Проснулась?
— Ее Александр Иванович для беседы забрал. Сказал, что ненадолго.
— Что ей грозит? — совершенно серьезно спросила Ася.
— По закону — трибунал. По справедливости — за такое награждать надо.
— Ее не тронут, — уверенно произнес Матвей. — Яра уникальна.
— Угу, — согласился Сава. — Но могут запретить учиться, посадят под замок и заставят воспроизводить потомство. Догадайся, от кого теперь зависит, что с ней будет?
