Она сжала кулак и наотмашь ударила пустое пространство справа. Послышался привычный звук — нечто среднее между битьем стекла и скрежетом открывающейся молнии на сапогах. В прошлый раз, с застройщиком, она не беспокоилась о том, в каком состоянии их встретит "карман". И их изрядно "покидало". Сейчас же Переход выглядел спокойно, обволакивающая тьма призывала к себе, обещая убежище от всех бед. Даррен и сейчас не выказал ни одной эмоции. Он просто сжал ее ладонь, и они вместе ступили во тьму, которая клубилась, словно дым.
Самое удивительное в ней было — бескрайность. Элениель не знала, где она начинается и где заканчивается, и однажды ей хватит духу пойти в другом направлении, чтобы узнать, что же она скрывает. Рука мужчины непроизвольно сжала ее ладонь, когда он посмотрел вниз и не увидел под ногами абсолютно ничего. Если случится чудо, и после всего этого Даррен не перестанет с ней общаться, она знала, что никогда не напомнить ему об этом вполне понятном проявлением слабости.
Элениель никогда не знала точно, как долго длится переход, ну вот они увидели легкое мерцание впереди, похожее на разряды крошечных молний, и стоило ей протянуть к ним руку — тьма тут же рассеялась, и они вернулись обратно во внешний мир. Даррен остановился — конечно, ему нужно время, чтобы прийти в себя. Ей, кстати, тоже. Поэтому она, не останавливаясь, пошла прямиком к небольшому ручью. Журчание воды всегда успокаивало, и сейчас ей это было просто необходимо. Она не знала, с чего начать разговор, она боялась начинать его. Но пора было с этим покончить. Лени присела на корточки и провела пальцам по воде.
— Что ты знаешь об элларах, Даррен?
— Я наслышан о талантах твоей расы, но сейчас я хочу знать все только об одном элларе. Почему ты мне не призналась?
— А что это изменило бы? Ты побрезговал бы спать со мной в одной комнате? Пить из одной бутылки? Сидеть за одним столом? — На глаза навернулись предательские слезы, но вытирать она их не будет! Пошло оно все! — Я не рассказала тебе, потому что я сентиментальная дура и боялась, что когда признаюсь, именно так все и будет! Веришь или нет, но за всю мою жизнь я ни к кому не привязывалась так, как привязалась к тебе. Потому что ты первый, кого мне захотелось назвать своим другом. Я никогда не стеснялась своего происхождения, мне было плевать, когда меня избегали другие дети, да и взрослые тоже, особенно когда эти "кружева" из глаз появлялись в самый неподходящий момент. Что уже говорить о сиянии… Когда Капитан предложил мне свалить из Ичвинстера, я сделала это, не раздумывая, потому что там меня не ждало ничего, кроме вечной лжи. Команда приняла меня нейтрально — им вообще было по барабану, кто откуда, главное — не подставлять друг друга. Несмотря на то, что я провела с ними шесть лет, ни к кому из них я не прикипела так, как к тебе за эти два месяца. А знаешь, что в этом самое дикое? — Она усмехнулась и встала, но не спешила поворачиваться. — Лидер сказал мне держать язык за зубами, чтобы об этом не дай боги не узнал Аргас. Но именно твоей реакция я боялась, а не мужчины, который мне нравится. Блин, как же жалко это все прозвучало… Что еще могу сказать… Прости меня
— Прости… Ты думаешь, извинилась — и все нормально, да? Что теперь, когда ты уедешь, я смогу спокойно забыть о том, что эллар ошивался рядом со мной? Богомерзкое создание, ты думаешь я хоть на одну секунду поверю в то, что ты только что сказала? Всем известно: верить эллару — себя не уважать. А это точно не про меня.
Лени затрясло. Она смотрела на кроны деревьев вдали, на солнечные блики на воде… и впервые ей это не помогло. Она чувствовала горечь и обиду, и в первую очередь — на себя, за то, что позволила себя так глупо довериться кому-то; на то, что позволила себе забыть свое место в этом мире… Он был прав во всем, а она… она скоро уедет, и все это останется позади…
— Повернись ко мне, эллар.
Слова полоснули по ней, словно лезвием, но она не двинулась.
— Повернись ко мне. Скажи, все эллары так трусливы, или только ты?
И правда, чего она боится? Самое страшное уже позади, и чтобы он ни сказал теперь — больнее уже не станет. Она медленно развернулась, и приложила максимум усилий, чтобы не отвести взгляд. Мужчина медленно подходил к ней, лицо его, как и прежде, было образцом сдержанности. Он остановился в паре шагов от нее, сложил руки на груди, и склонив голову набок, спросил:
— Ты ожидала услышать что-то типа этого?
Лени моргнула. Что… О чем он вообще?