Хокстеттер прижал её запястья к земле, и стал медленно входить в неё. Он не хотел причинять ей боль, но и быть нежным он тоже не хотел. Когда брюнет дошёл до самой заветной точки, он резко поддался вперёд, и вошёл в неё полностью. Рыжая вскрикнула от такого напора. Из неё начала вытекать кровь. Хокстеттер решил подождать, давая Бетани привыкнуть к новым ощущениям. Наконец она расслабилась, и один её взгляд давал понять, что она счаслива. Улыбнувшись, Патрик начал двигатся в ней. Марш начала стонать. Обоих переполняли новые эмоции. Брюнет двигался в ней резко и грубо, от чего Бетани получала неописуемое наслаждение. Она была такой горячей и узкой внутри, от чего Патрику сносило крышу. Он сжимал её грудь, и ласкал соски языком, а она впивалась ногтями в его плечи. Девушка кричала словно мартовская кошка в начале весны. Бетани умоляла Патрика быть грубее и жёстче. Хокстеттер послушас её, и начал просто драть как суку.
— Да! О боже мой, да! Ещё! Ещё! — судорожно кричала Марш.
Рыжая получала удовольствие лишь от одного осознания того, с кем это происходит. Конечно она понимает, что они сейчас делают что-то очень нехорошее, о чем потом будут жалеть, но отступать уже некуда, и вязкое, туманящее возбуждение сильнее чувства стыда. Оно намного сильнее. Патрик тоже это понимал, но продолжал жестоко брать и брать Бетани, шлёпая по попке, а она обвила ногами его талию.
Ему было хорошо, просто охуеть как хорошо, и он входил до конца, совершая быстрые рваные движения. Черт возьми, это было лучшее, что происходило с ним за всю его жизнь. Осознание того, что он делает это с той, кого по настоящему любит. По бёдрам девушки стекала кровь, а сама она закпрокинула голову назад, приподнявшись на локтях.
— Боже, как же хорошо! — выкрикивала она. — Это просто нечто!
— Сейчас я тебе покажу всю свою мощь, сладкая! — улыбнулся он, начиная целовать её в шею.
Парень начал долбаться в неё с такой силой, что у Бетани просто перехватило дыхание. Он сжал руками её ягодицы, и грубо целовал шею. Не удержавшись на локтях, Марш падает на спину, закинув руки вверх и продолжая стонать как сука.
— Патти, ты блять чёртов зверь! Твою мать, да!
Он просто жестоко её имел, от чего она стонала, извивалась и кусала губы в кровь. Ощущения были непередоваемые. Но Бетани почувствовала что больше не может, и не успев ничего сказать, она получила оргазм, прокричав себе в руку, которой закрывала рот. Патрик тоже удачно окончил сей процесс, кончив ей на живот, сопровождая всё громким рыком. Они оба упали без сил, пытаясь отдышаться.
— Чёрт возьми, это было охуенно! — сказал парень, притянув рыжую к себе.
— Это точно. Мне очень понравилось! Кстати, я люблю тебя. — улыбнулась девушка и поцеловала его.
— Я тоже тебя люблю!
========== 10 глава. Одни единственные. ==========
Полежав ещё немного на песке, ребята оделись, и решили вернуться обратно к костру. Большинство сидело и жарило зефир, а некоторые парочки до сих пор танцевали. Среди них были Билл и Беверли. Интересно, сколько они после их ухода ещё раз танго включали? Став в ряды танцующих, Патрик и Бетани снова начали танцевать, будто так оно и было.
— Где вас черти носили? — тихо спросила Беверли, когда они с Биллом оказались рядом.
— Мы гулять ходили. Нельзя что-ли? — недовольно шепнула в ответ Бетани.
— Могла бы и предупредить, я же волновалась! Вас блять целых пол часа не было!
— Ну прости, Бев. И хватит ворчать уже как бабка старая! — возмутилась младшая.
— Минуточку! А что это у тебя на шее? — распахнула глаза старшая.
Твою мать! Как Бетани могла забыть про засосы?! Увидев их, Беверли хватает сестру за руку, и уводит подальше, не обратив внимания на шокированных Билла и Патрика.
— У вас что, это было? — испуганно спросила девушка.
— Что? Нет, Бев, нет!
— Не ври мне, пожалуйста! — Беверли взяла сестру за руки, и та вздохнула.
— Ладно. Да, у нас было это. Прости меня, Бев. — Бетани обняла сестру.
— О боже, Бет, тебе не за что извинятся. Я рада, что у вас всё серьёзно и хорошо. Конечно вы неправильно поступили, но я тебя нисколько не осуждаю. Ты в праве сама всё решать! Просто ты понимаешь чем это может обернуться?
— Ты об отце? — спросила рыжая, и Беверли положительно кивнула. — Я тоже только сейчас об этом подумала.
— И ты конечно догадываешься что будет, если он узнает?
— Блять, вот теперь мне по настоящему страшно!
— Знаешь, Бетани. Я как-то подумала. Нам с тобой скоро 17 лет. Мы с тобой на грани совершеннолетия. Он не будет всю жизнь нами командовать! И самое главное — мы ему не принадлежим! Поэтому прочь страх, я с тобой и всё будет хорошо! — улыбнулась Беверли, вновь обнимая сестру.
— Ох, Бев. Я люблю тебя, и я безумно счаслива что ты у меня есть. — улыбнулась младшая. — И знаешь, я подумываю рассказать Патрику о себе!
— Ты в этом уверенна? Уверенна, что он будет молчать, и никому нас не выдаст?
— Я уверенна в этом! Не переживай.
— Да у вас там походу просто любовь-морковь!