Игра состояла в том, чтобы дольше другого выдержать пристальный взгляд «дамы в черном». Обычно все заканчивалось через несколько секунд, когда Саймон и Кейт, визжа, задыхаясь, с бешено колотящимися сердцами скатывались по лестнице – назад, в радушный бабушкин дом, где все так знакомо и безопасно. Но однажды все вышло иначе.
Пока Саймон привычным маршрутом спускался по лестнице, Кейт задержалась в комнате, не в силах пошевелиться, завороженная взглядом женщины с портрета. Для девятилетней девочки он казался таинственным и грозным. Плоское изображение на холсте, темные пустые глаза, пронзающие даже сквозь вуаль, суровое лицо, черное платье – все это как будто оживало прямо перед ошеломленной Кейт.
А потом девочка расслышала слова – отчетливые, угрожающие:
– Убирайся отсюда. Прочь из этого дома.
Девочка застыла на месте и ахнула, но не сумела даже вдохнуть. Как будто из комнаты выкачали весь воздух. Она попыталась вдохнуть снова, и снова, и снова, но тщетно.
Кейт вскочила на ноги и в одно мгновение слетела вниз по лестнице, визжа так пронзительно, как умеют только девочки, и сбив с ног Саймона. Казалось, прошла целая вечность, пока Кейт добралась до самой нижней ступеньки.
– Ты победила, – только и сказал кузен.
– Не хочу больше подниматься туда, – прохрипела Кейт, наконец переведя дух. Ощущение было такое, словно ее едва не задушили.
После этого они больше не играли на третьем этаже.
Теперь, когда после той встречи с потусторонней силой прошли десятки лет и Кейт стала гораздо мудрее и разумнее, ей не терпелось узнать, какие же тайны хранит третий этаж.
Она едва притронулась к завтраку.
– Я собиралась сегодня побольше разузнать о той загадочной женщине, но Адди может подождать.
Саймон уставился на нее.
– Что ты сейчас сказала?
– Когда? – озадачилась Кейт.
– Вот только что. Повтори.
– Сказала, что собиралась сегодня побольше разузнать о загадочной незнакомке, но это может подождать.
– Нет, ты не так сказала. – Глаза кузена округлились. – По-моему, ты сказала: «Адди может подождать». Кто такая Адди?
Кейт замолчала, вспоминая.
– Понятия не имею, – наконец ответила она. – Я как-то не задумывалась, просто сказала.
Саймон одним глотком допил коктейль и поставил бокал на стол.
– Что ж, это действительно странно.
Он был взволнован. Кузены уставились друг на друга.
– Как думаешь, Кейт, это ее имя? Имя
– Не знаю. – Кейт потерла руки и вздрогнула.
– Значит, так и есть. – Саймон протянул руку, демонстрируя мурашки. – Я это чувствую.
– Я тоже, – сказала Кейт. Ее мысли вернулись к снам, к женщине и ее мужу, к телу на пляже.
–
– Старомодное, да? Может, сокращенное от Аделины, – ответила Кейт. Возможно, это имя произнесли в одном из моих снов, а потом оно вылетело из головы. Иначе откуда бы я знала его?
– В самом деле. – Саймон театрально приподнял брови, изображая трагедию. – Эта маленькая загадка становится все интереснее и интереснее. Тебе стоит почаще навещать меня. Я давно не испытывал такого азарта.
После завтрака Саймон и Кейт поднялись на третий этаж. Кейт нравились эти коридоры. Стены оклеены живописными красными обоями и увешаны семейными фотографиями и портретами. Яркий интерьер – темно-красные и желтые тона – контрастировал с дверями из темного дерева, дверными проемами и лепниной. Гости могли представить, как выглядел дом в период своего расцвета сто с лишним лет назад. Кейт нравилось воображать свою бабушку маленькой девочкой, подрастающей среди роскоши и красоты.
– У нас просто еще руки не дошли до третьего, – сокрушался Саймон, пока они шли по коридорам. – Cобирались делать по этажу в год, но здесь столько хлопот…
Когда они подошли к двери в конце коридора второго этажа, кузен выудил из кармана старинный ключ.
– Это оригинал? – удивилась Кейт.
– Конечно, – ответил Саймон. – Я сменил все замки в номерах, но в этих старинных ключах есть что-то особенное. Захотелось оставить себе несколько штук.
Он повертел ключ в руках, чтобы Кейт могла его как следует рассмотреть.
– Ключ дает представление о возрасте дома, – размышляла вслух Кейт. – Я даже не помню, когда видела такие в последний раз.
– Обещаю, что когда ты поднимешься наверх, то не вспомнишь, когда видела в последний раз столько пыли, – рассмеялся Саймон и вставил ключ в замок. Дверь открылась с громким скрежетом. Взяв Кейт за руку, как в детстве, Саймон повел кузину по затянутой паутиной лестнице.
Они сразу заметили разительный контраст с нижними этажами. Когда кузены поднялись по лестнице – такой же серой и тусклой, как и покрывающий ее густой слой пыли, то яркие цвета поблекли. Кейт остановилась на полдороге, обернулась и отметила, как странно выглядят красно-желтые цвета виднеющегося через дверь коридора по сравнению с тускло-серой лестницей, на которой они сейчас стояли.
– Знаешь, что это мне напоминает? – шепнула она Саймону. – Сцену из «Волшебника страны Оз», где Дороти с Тото впервые попадают из своего черно-белого мира в разноцветную страну Оз. Только наоборот.
– Если ты – Дороти, то я – понятно кто. И я возмущен.
