– Пока оставим все как есть, – обратился он к Кейт. – Но у меня мертвые женщина и ребенок, которых уже везут в морг, и моя работа – выяснить, кто они и что с ними случилось. Просто чтобы вы знали: мне понадобятся официальные показания от вас обоих – и Кейт, и Фреда, но не прямо сейчас. Сегодня вам и так пришлось нелегко.
– Спасибо, Джон, – Фред похлопал старого друга по спине.
Фред и Джонни выросли вместе, играли в одной команде Малой бейсбольной лиги, соперничали из-за девочек в средней школе. Живи они в большом городе, Кейт наверняка отвезли бы в полицейский участок и допросили из-за ее странного поведения утром на берегу. Как положено.
– Ладно. Пора в участок – выяснить, не опознали ли труп. Не припомню сообщений о пропавших без вести женщинах и детях в округе, но мы не знаем, откуда она.
Мать Кейт протянула руку через стол и сжала ладонь дочери.
– И еще, Кейт, – обернулся Джонни уже на пороге, – само собой, не уезжай из города.
– То есть у меня проблемы? – Кейт встала. – Серьезно, Джон, это просто безумие какое-то. Я упала в обморок при виде трупа и из-за этого теперь не могу уехать из города?
– У тебя нет проблем, – ответил шериф. – Но нам скоро понадобятся твои показания. Если уедешь, следователям это не понравится.
– Но я собиралась на несколько дней в Уортон. – Кейт имела в виду небольшой туристический городок примерно в пятидесяти милях ниже по берегу. – Теперь мне туда нельзя?
– Возьмешь с собой сотовый? – спросил Джонни. Она кивнула. – Тогда можно. Главное, чтобы я знал, где ты.
Кейт отодвинула стул, попрощалась с шерифом и вышла на веранду. Ее гигантский маламут по кличке Аляска следовал за ней по пятам.
– Давай, девочка, – позвала Кейт собаку. – Пойдем прогуляемся.
Они спустились по лестнице на берег.
Кейт остановилась и уставилась на то место, где они нашли тело, вспоминая вцепившуюся в берег женскую руку. Легкую улыбку на лице утопленницы. Ее ребенка.
Аляска завыла, царапая когтями мокрый песок и увлекая Кейт дальше по берегу к разным интересным штучкам.
Возвращаясь в участок, Джонни Страттон чувствовал, как сердце бешено колотится в груди. По закону Кейт Грейнджер должна сейчас оказаться на заднем сиденье его патрульной машины. Будь на ее месте кто-нибудь из другой семьи, происшествие на берегу стало бы веской причиной, чтобы как минимум задержать и допросить. Джонни покачал головой. Он слишком много знал. Знал, что Кейт недавно ушла от мужа из-за его измены. Новость облетела весь город. И знал от ее отца, насколько рассеянной, расстроенной и отстраненной была Кейт в последние недели.
А теперь еще эти трупы – молодая красивая женщина и новорожденный… У Джонни едва получалось сформулировать мысли, мелькавшие где-то на самом краешке сознания. Только не Кейт Грейнджер. Он был на ее крестинах. На первом причастии. На свадьбе. Он знал ее отца всю жизнь. Есть ли хоть какая-то вероятность того, что она замешана в этом жутком преступлении? От одной мысли у Джонни во рту появился горький привкус, напоминающий кровь.
Он достал сотовый и набрал номер:
– Доставь в участок Кевина Брэдфорда. Я хочу выяснить, опознает ли этот ублюдок трупы. Нет, я не поверю ему на слово. Нужен детектор лжи. И еще образец его ДНК, чтобы сравнить с ДНК ребенка. Мне наплевать, Говард. Я хочу, чтобы он добровольно прошел эти процедуры. Никакого ордера, никаких адвокатов – ничего такого. Ты понял меня?
Джонни выключил телефон и швырнул на сиденье машины. Он не собирался тратить время на выяснение, замешана в этом дочь его лучшего друга или нет.
Пока Джонни допрашивал уже почти бывшего мужа Кейт, сама Кейт опустила весло в воду и забралась в легкую лодку, стараясь не наступить на тонкое, как бумага, дно. Когда начались проблемы с Кевином, она одно время занялась пробежками, пытаясь сбросить двадцать с лишним фунтов, которые набрала со времен свадьбы, – как будто новое, стройное тело могло решить все проблемы. Но бег приносил удовольствие, только когда она останавливалась. Тогда Кейт занялась греблей, и все стало наоборот – каждый рывок, каждый толчок доставлял потрясающие ощущения. Она не могла насытиться скольжением по водному зеркалу, рывками и толчками продвигаясь вперед. Иногда проводила в уединенной бухте по два-три часа, пока тело попросту не изнемогало. Гребля давала незнакомое ощущение силы и контроля над собой. Не говоря уже о том, что помогала сбросить те самые лишние двадцать фунтов.
