- Что ты кричишь, женщина? - Он складывает руки на груди и с насмешкой смотрит на меня. - Я недавно с работы вернулся, между прочим.
- Почему ты меня не разбудил? Ты понимаешь, как подставил меня, Кирилл? Я приехала, чтобы помочь, а ты… - отворачиваюсь от этого гада.
Так обидно становится, по-человечески, по-женски и даже немного по-детски. Ну почему он такой непробиваемый идиот?
Неожиданно крепкие ладони сжимают мои плечи и над ухом раздается тихое, хриплое:
- Поль, ну извини. Я правда будить не хотел. И устал очень, ночь была непростой.
- Что я теперь скажу Виталику? - Разворачиваюсь и вопросительно смотрю на Кирилла.
- Правду, - пожимает он плечами, будто это так легко сделать, как они ладят с Тосей. - Ничего ведь не случилось. Ты присматривала за крестницей, спала в детской с енотом, а не с мужиком. В чем проблема? Или он такой неуверенный в себе идиот, что не сможет в этом разобраться?
- Не говори так про него, - на автомате защищаю жениха.
- Ах, извините, - резко заводится Кирилл. Удивленно смотрю на его реакцию, абсолютно ее не понимая. - Придумай, в общем, что-нибудь. Ты же умная девочка, - он снова превращается в вулкан. - А я спать, - разворачивается и уходит, хлопнув дверью перед моим носом.
Всхлипнув от переполняющих меня эмоций, нахожу свои вещи и останавливаюсь у зеркала, чтобы хоть немного привести себя в порядок, а то у меня такой вид, будто я и правда в чем-то виновата.
Тихонечко заглядываю к Тосе. Малышка сладко спит, стиснув в объятиях енота, как плюшевую игрушку. Целую ее в висок и так же тихо покидаю комнату, а затем и квартиру.
Утренняя прохлада немного успокаивает. Я прогуливаюсь до автобусной остановки и вызываю такси. Легко, без пробок добираюсь до дома. Сердце колотится в ожидании упреков от жениха.
Перешагиваю порог квартиры, стреляю взглядом по сторонам и слышу шорохи из кухни. Там что-то падает, я вздрагиваю и роняю сумочку на пол. Нервно поднимаю ее, ставлю на узкий столик под зеркалом и встречаюсь с мрачным, тяжелым взглядом Виталия.
- Где ты была всю ночь, позволь спросить? - холодно произносит он. Окна на кухне наверняка покрылись инеем в этот момент.
- Присматривала за Тосей, - расправляю плечи и поднимаю подбородок выше. Я ведь не ребёнок и ни в чем не виновата перед женихом.
- В детском доме? - Он жестко смотрит на меня.
- Нет. Тосю на выходные забрал ее отец, а ночью его вызвали на службу. Оставить ребёнка оказалось не с кем, и….
- И ты тут же решила оказать ему услуги бесплатной няни, да? - Сталь в его тоне сильно задевает. Мы никогда ещё так не говорили.
Как много всего нового принес Метелин в мою жизнь…
- Я не могла отказаться. Ты же понимаешь, что ее нельзя было оставить на ночь одну. И вообще! - вдруг вскипаю я. - Если бы ты включился в процесс удочерения Тоси, мне не пришлось бы ездить к ней по ночам. Она спала бы в нашей квартире, в своей кроватке.
- То есть, это я виноват в том, что моя невеста ночует у другого мужика. Да ещё и в тот момент, когда у меня на носу выборы?
- Тебя волнуют только твои выборы? - кидаю ему встречный вопрос.
Виталий замирает на мгновенье, а затем вдруг расслабляется, подходит ко мне и обнимает за плечи.
Совсем не так, как делал Метелин сегодня утром.
Жених заглядывает мне в глаза и говорит уже спокойнее:
- Ну все, я согласен, перегнул.
Истинный политик. Быстро уходит от неудобных вопросов.
- И ты меня извини, надо было предупредить, - сдаюсь я.
- Это было бы неплохо. Ты помнишь, что у нас фотосессия? - переводит он тему.
- Конечно.
- Тогда приведи себя в порядок, пожалуйста. Ты должна выглядеть безупречно. Это очень важно не только для меня, для всей, - подчеркивает Виталик, - нашей семьи.
Кивнув ему, ныряю в спальню за чистым полотенцем, а затем долго принимаю душ, приклеиваю патчи под глаза и наношу крема на разные участки тела, чтобы освежить кожу и взгляд не был таким безумным. Потом подбираю одежду, показывая жениху разные классические образы. Останавливаемся на сдержанном, но эффектном платье, которое подчеркивает все достоинства моей фигуры и скрывает ее недостатки. Мягкий цвет пломбира дополнительно освежает цвет кожи, а грамотно подобранные прическа и аксессуары дополняют образ, делая его дороже.
Мы едем в студию, где фотограф ставит или сажает нас в разные позы. У меня от искусственных улыбок уже болит рот, и ноги гудят от беготни на каблуках по студии. Все время что-то не так. То я не туда смотрю, то не так положила руку. Все недостаточно безупречно. А в потом фотограф замечает, что через косметику на фото видны синяки под глазами, и решает переснять некоторые позы по десятому кругу.
- Вы можете просто обработать фотографии в редакторе? - безумно устало спрашиваю у девушки. - Я не буду выглядеть лучше сегодня. Поверьте.
Виталик недовольно поджимает губы, не вмешиваясь в наш разговор. Ему звонят, он хмурится, напрягается и выходит из студии. Мне от чего-то это совсем не нравится, но я не буду вмешиваться. Пусть меня просто отпустят домой.
