Мне не удается уснуть до самого утра. Встаю с кровати вместе с Виталиком. Пока он принимает душ, привычно готовлю завтрак из двух яиц, горячего тоста и крепкого черного кофе. Накрываю на стол, идеально ровно выложив приборы и салфетки. Себе наливаю только кофе и достаю из холодильника маленькую шоколадку.
- Поешь нормально, - Виталий усаживается за стол.
- Я не голодна. Приятного аппетита, - присаживаюсь напротив него.
- Спасибо. Но ты всё же поешь, Поля. Ты слишком бледная, выглядишь нездоровой.
- Я действительно не очень хорошо себя чувствую. Возьму отгул на сегодня, отлежусь, а если станет легче, съезжу в спа.
- Этот план мне нравится больше. Я сейчас переведу денег.
Он возится с телефоном и на мой приходит сообщение о поступлении.
- Я могу обеспечить свою жену всем необходимым. Подумай ещё раз над тем, чтобы уволиться с работы и посвятить себя семье. Нам нужны будут свои дети, - подчеркивает он. - А детям нужна мать.
- Ты уже всё распланировал, да? - вырывается у меня.
- Конечно, - кивает Виталик. - Четкие планы - залог стабильного будущего. Ты ведь знаешь.
- Знаю.
Но хочу беситься у фонтана, есть мороженое и печь блины.
Виталик не убирает за собой посуду, не царское, в смысле не политическое это дело. Провожаю его на работу, звоню в школу, предупреждаю, что приболела и меня сегодня не будет. Надеюсь, без меня они не устроят там бардак и не запутаются в планах и расписании, вчера его снова меняли. А что будет, когда начнется учебный год? Остались считанные дни.
Мою посуду и брожу по квартире как побитая собака.
Он разочарован. Он думает, я использую Тосю.
Нет, Кир! Нет же!
Решительно иду в кабинет жениха, ещё раз осматриваю ящики. На монитор приклеен стикер, а на нем цифры. Срываю его и торопливо вбиваю их на замке сейфа. Щелчок. Тяжелая дверца с толчком изнутри отходит в сторону. Я сажусь на пол и нервно смеюсь. Как я не увидела этот стикер вчера? Разве он там был?
Наверняка был, а я была растерянной, не увидела. Или Виталик только поменял код, и приклеил его для меня утром. Все на месте. Украшения, наличные деньги, некоторые наши документы. Легче только не становится. Будто что-то все равно неправильно. Сосущее, давящее чувство внутри не дает мне покоя. Подписи есть, напоминаю себе. Заниматься самообманом глупо. Надо разобраться.
Закрываю сейф, стикер прячу в карман домашних брюк и иду к столу. Проверяю ящики, они тоже оказываются открытыми. Мурашки пробегают по моим рукам. Голова начинает кружиться. Я схожу с ума?
Нервное напряжение меня добьет!
Открываю каждый ящик, проверяю содержимое и не нахожу ничего: ни бумаг, ни цифровых носителей.
Ладно. Всё вроде бы не так страшно. Теперь надо найти телефон.
Обнаруживаю его на тумбочке у кровати. Сажусь и открываю контакт Метелина. Глупо смотрю в экран, думая, как поступить лучше: позвонить или написать?
Слышать его дерзкий голос сейчас будет выше моих сил. Открываю мессенджер и пишу в нем:
«Здравствуй, Кирилл. Я не нашла ничего подозрительного в документах жениха. Почему ты вообще решил, что с моей поддельной подписью связан именно он? В его штабе много людей. Проверь их!»
Читаю сообщение от Царапкиной и криво усмехаюсь. Опять она за свое. Наивная или просто хорошая актриса?
- Проверь их, - бормочу я, отпивая большой глоток кофе. - Ага, щас. Делать мне больше нечего. Я тебя, милая, проверю в первую очередь.
Но где-то внутри, под толщей цинизма и служебного опыта, копошится червячок сомнения. А что, если она и правда ничего не знает? Если ее просто используют в темную? Вспоминаю ее глаза вчера вечером, испуганные, растерянные, по-настоящему шокированные. Такие не подделать.
Или подделать?
Чёрт. Я запутался. Может я просто хочу выдать желаемое за действительное и обелить крестную своей дочери? Надо разобраться во всем самому.
В отделение приезжаю раньше всех. Завариваю крепчайший кофе, утыкаюсь в монитор, пытаясь сложить пазл из того, что имею. Договора, акты, подписи Полины. Ее жених - прыткий политик Виталий Нелюбин, который внезапно так лояльно отнесся к ее желанию удочерить ребёнка. Слишком лояльно. Как будто это в его планы входило. Но в то же время, предлагал мне деньги за то, чтобы я удочерил Тосю.
Дверь в кабинет приоткрывается.
- Кирилл, ты уже здесь? Зайди ко мне. Срочно, - голос начальника, Максима Марьянина, не предвещает ничего хорошего.
Встаю, по пути закидывая в рот обезболивающее от намечающейся мигрени. В кабинете пахнет дорогим табаком и властью. Марьянин сидит, откинувшись в кресле, и изучает какую-то папку.
- Присаживайся, Метелин. Про ваш с Шаманом вчерашний «улов» расскажи. Подробно.
Сажусь. Рассказываю. Всё как есть. Про документы, про подписи Полины, про ее женишка-политика. Говорю сухо, по-деловому, без эмоций. Только факты. Марьянин слушает, не перебивая. Потом откладывает папку.
- Дело-то серьёзное, Кирилл. Очень. Ты в курсе, что на самого Нелюбина уже давно есть разнарядка? Им «компетентные органы» занимаются. Очень плотно.
В животе всё сжимается в холодный комок. Я такого не ожидал.
- Не в курсе, - качаю головой.
