После первой публичной переписки с Мариной Казанцевой на меня обрушился поток брани тех людей, которые иначе просто общаться и не умеют, для которых свара – любимейшее времяпрепровождение. Часть этого словесного мусора я уже представила читателям. Часть уничтожила тогда же на своем форуме. Мне приходилось держать круговую оборону и отстреливаться сразу с двух рук. Правда, таким образом мне приходилось себя вести только в крайних, совсем уж хамских случаях (увы, они возникали слишком уж часто).
Однажды мне даже пришлось поцапаться с мужем, который иногда почитывал сей странный форум.
– Ты что – сдурела? – услышала я его возмущенный крик. Женя – человек взрывной и весьма эмоциональный. Иногда он бывает даже эмоциональнее меня…
– Что случилось, господи?
– Ты зачем вступаешь в разговоры с этими кретинами? За-чем?!
Пришлось подойти и поинтересоваться, каких конкретно кретинов муж имеет в виду. Оказалось, речь шла о… ну, на самом деле, о весьма глупых людях, которые без хамства и брани несли такую ахинею, что нормальному человеку не могло не стать дурно.
– Видишь ли, Женя, – елейным голосом принялась объяснять я, – пока нет ругани, я буду пытаться разговаривать…
– С кем? – неистовствовал муж. – С кем ты разговариваешь? С людьми, у которых от рождения половина мозга и ни грамма совести?
– Да пойми же ты! – я тоже повысила голос. – Меня бесконечно обвиняют в том, что я убираю всю критику! Хотя я всегда убираю лишь хамство. И я не дам повода говорить обо мне, что я не хочу слушать другое мнение. Пусть дураки, пусть кретины, но пока они держатся в рамках, я вынуждена их терпеть.
– Почему тебя волнует мнение таких ничтожеств?
– Да потому, что, кроме ничтожеств, на форум приходят достойные люди, вот пусть они и видят, как все на самом деле происходит, видят, кто говорит правду, а кто беззастенчиво лжет!
Я не смогла убедить Женю, он остался при своем мнении: с дураками нельзя вступать в разговоры, а стирать их глупости – святое дело. Не знаю, может, он и прав… Но я вела себя так, как мне казалось правильным и честным. Правда, количество лжи и наветов это ничуть не уменьшило. Наверное, он все-таки был прав.
Марине не нравилось то, что творилось на форуме.
Марина:
Давайте, господа, выбирайтесь из этого течения, пока возможно. Самый накал страстей тут возник по причине огромного эмоционального градуса книги. Катерина, это ведь ваша первая книга, выложенная в Интернете? Да еще автобиографическая. Практически вы выступаете с сабелькой против целого поколения читателей. Не надо называть российского читателя хамом и прочим зверем – это неверно. О книге, которая нисколько не зацепила, вообще не говорят. А цеплять может по-разному. Но тут ведь ваше личное, вы решились выставить его на всеобщее обозрение, так что все воды и все волны пойдут по вам.
Понимаете, сам тон книги вызывает эту реакцию – отнюдь не хамскую! Самое начало – бурный поток обвинений. Первые же двадцать килобайт вызывают шок. У меня, например, возникла отчетливая ассоциация: где-то случился страшный пожар, и человек бегает в помрачении и дико орет. Знаете, как выглядит паника? Кто-то решительно прорывается на выход, а кто-то кидается на людей, дергает их и кричит: горим, горим! Что помогает в таком случае быстро привести в чувство? Пара пощечин. Вот и естественная, мгновенная реакция.
Понимаете, ведь вы сами сказали, что это строки из дневника. Они писались в панике, в помрачении, в состоянии бессилия. Так вот, не должен писатель выкладывать автобиографический материал непереработанным. Его нужно переосмыслить, проработать концепцию, а не выметывать все сплошным потоком, как из зенитной батареи. Вы произвели массированную атаку на нервы читателей, а после этого сказали: не нравится – не читайте. И тут же: вы же не дочитали, как вы можете судить?! В том-то и дело, что могут и судят. И это не всегда верно, что при неполном прочтении не выявляется весь смысл книги. Еще как выявляется. Практически каждый читатель способен выработать мнение о книге и ее главной идее, прочитав лишь одну-другую главу.
О резких комментариях. Ну что ж, люди разные бывают, и иной раз диву даешься: одни оскорбленно говорят «не учите нас жить» при малейшей попытке придать тексту нравственный окрас. К другой же книге, чисто приключенческого характера, пишут комментарии: и в чем же тут мораль? Чему хорошему вы учите читателя? Раньше говорили: выпей йаду. Теперь – «мараль» давай. Ну и что вы с ними поделаете? Пошлете куда подальше? «Мараль» им будете читать? Кто-то им внушил, что автор им чем-то обязан, должен святым духом угадывать, чего они хотят. Эти ребята ничего не читают, им просто нравится ляпать свои оригинальные суждения. Но в вашем случае, Катерина, читатель иной. Здесь имеет место не просто столкновение мнений, а осмысленное приятие или неприятие.
