С матерью Инка не общалась лет десять. Просто вычеркнула из жизни, и все. Но лет шесть назад мать сама ей позвонила… оказалось, что у отчима нашли рак. И Инка, золотая душа, устроила его в лучший онкологический центр.

Сейчас все здоровы, Инна с матерью общается нормально, а сестры (их трое, младшей пятнадцать) в старшей сестре души не чают. И знаете что? Все счастливы. И не помешали ни трудности, ни Инкина болезнь.

Сильные люди вызывают уважение. А слабые, которые не могут изменить свою жизнь и только обвиняют всех (а обвинение всех родственников скопом в книге смотрится очень некрасиво), никакого уважения не вызывают. И сочувствовать, сопереживать им не хочется. Как бы трудно ни приходилось, надо всегда рассчитывать только на себя. Я с шестнадцати лет сирота, знаю, о чем говорю. Если человек сильный, борется за свое счастье, как Инка, то все у него хорошо будет. А кто свою болезнь смакует, выедет только на счастливом случае.

Эти примеры «правильной» жизни по сравнению с моей, «неправильной», мне до зубной боли уже к тому времени надоели. «У вас родственник от аппендицита умер? Не морочьте мне голову! От этого не умирают! У моей подруги был аппендицит – живая, как новенькая. Врете вы все, и родственник ваш врет, не умер он».

Птице ответила моя новая подруга.

Казанцева Марина:

Хорошо у Птицы написано, убедительно. Но раз уж отдельные случаи могут служить аргументом, то давайте и я один такой приведу. Про девочку, которая не выплыла из родительского равнодушия.

Хорошая девочка была, маму слушала, в музыкальную школу ходила и возвращалась в темноте. Никто ее не встречал, и однажды, когда она вовремя не вернулась, мама не забеспокоилась. Не вернулась девочка и на следующий день. А оказалось вот что. Попалась она в темноте насильнику-рецидивисту, и тот на протяжении многих часов издевался над ней прямо на виду у всего дома. Потом потащил растерзанную двенадцатилетнюю девочку по подъездам, звонил в квартиры и предлагал за небольшую плату поразвлечься. И, знаете, нашлись желающие. Когда девочку нашли умирающую на снегу опять же там, где ходят люди, доставили в больницу и сумели разговорить, то спросили: отчего же она не кричала, не звала на помощь, не обратилась к прохожим? Девочка ответила: «Думала, они все такие».

Было это в нашем городе лет двадцать назад. Не знаю, выжила девочка или нет, жива ли по сию пору. Если жива, то, наверно, не раз спрашивала себя: а почему же мама, озабоченная музыкальным воспитанием дочери, не дала себе труда позаботиться и о ее безопасности. Ну, так как: прощать или не прощать такую мать?

Молодец ваша подруга, добрая у нее душа – к ней обратились, она помогла. А у Катерины мать не ищет никакого контакта, ей дочь нужна только в одном качестве – чтобы было куда плевать. Идти к такой матери с распахнутой душой? Подставить себя вместо плевательницы? Сделать и ребенка своего такой же подушкой для иголок?

Разговор не в первый уже раз скатился именно на тему заботы о дочках, для которых реалии современного мира смертельно опасны. Марина вспомнила эпизод из моей книги, где я описывала свой ужас от щупавших меня в автобусной давке мужиков. И произошел совершенно уморительный диалог с очередным… странным читателем. Посмейтесь!

Казанцева Марина:

Представьте себе такую картину: вы едете в битком набитом автобусе и вдруг замечаете, что какая-то тварь мужского рода щупает девчонку-подростка. Как водится, девочка в таком случае затаивается и лишь надеется, что ее оставят в покое.

Кошка:

Нет сейчас ни девочек таких, ни особей мужского пола, ни пассажиров.

Я с вами согласна в одном, можно быть в темноте убитым скинхедами. А можно пойти в супермаркет и встретить там очередного Евсюкова (пьяный милиционер, «прославившийся» расстрелом в супермаркете случайных людей. – Прим. автора). Да, случаются такие ужасные вещи.

Но увидеть в общественном транспорте то, что вы описали, невозможно.

Казанцева Марина:

Наверно, мы с вами все-таки с разных планет. Скажите еще, что эксгибиционистов больше нет. Вот, значит, что вас возмутило. И девочек таких, значит, нет – все девочки нынче не боятся ничего по той причине, что давно все познали и попробовали. Особей мужского пола нет – а какого пола особи остались? И пассажиров тоже нет. А раз нет, то и проблемы нет. Однако почему об этом пишут корреспонденты? Ах да, это же из прошлого, то есть это у них было, а сейчас нет, значит, и тема закрыта. Своеобразная логика. Все прекрасно в подлунном мире? Евсюкова посадили, а скинхедов я на улице что-то вообще не вижу.

Перейти на страницу:

Поиск

Книга жанров

Похожие книги