По Первому каналу давно идет якобы психотерапевтическая передача под названием «Понять. Простить». Хорошее название, да и понятия тоже хорошие. Но почему-то ими полюбили размахивать, как флагом и саблей, отнюдь не хорошие и далеко не добрые личности. Люди с извращенной логикой и убогим представлением о добре и зле пришли ко мне в гости и стали учить меня морали. Будучи сами безнравственными, эти «умники» почему-то уверены, что понимать и прощать всегда должны потерпевшие. Этакое доведенное до маразма христианское представление об обязанности жертвы подставлять другую щеку под удар. Не свою щеку, заметьте, радетели христианских ценностей взывают подвергнуть вторичной экзекуции, а чью-то чужую. Не к себе применяют они эту заповедь, а к другим. Когда же жертва отказывается от их навязчивых советов, они становятся агрессивными и злобными и тут же начинают отчаянную драку с применением любых подручных средств. Может быть, таким они представляют себе истинно христианское смирение? А еще им свойственно омерзительное сквернословие – его они, видимо, почерпнули из тех же заповедей. Подводим итог: по мнению этих религиозных ханжей, истинный христианин почитает чужих родителей и не позволяет никому их критиковать, считает, что жертва (если это не он сам, конечно) всегда должна просить прощения у палача, при несогласии с его мнением набрасывается на незнакомого человека с площадной бранью и старается посильней ударить, желательно в больное место. Такой получается портрет моего российского современника, утверждающего, что он исповедует христианские ценности и ратует за мораль и нравственность. Если это христианин, то кто же такие тогда сатанисты?
Атакующие меня дураки требовали, чтобы я непременно попыталась «понять свою мать». Сто раз написала: я поняла, что мать не умела любить, во всяком случае, меня. Какое еще понимание я должна проявить? Понять, что можно не любить своего ребенка? Никогда не пойму. Понять, что можно ставить свою работу, свое творчество выше интересов самых родных людей? Даже пытаться не буду. Если ты решила посвятить свою жизнь исключительно творчеству, живи одна, не заводи детей и не мучай никого. А если уж взяла на себя ответственность, родила ребенка, то будь любезна дать ему то, что дают все матери! Никакие литературные способности не могут быть оправданием равнодушия и жестокости по отношению к детям. Хочешь упоенно наслаждаться самолюбованием, оставайся одинокой, в крайнем случае, приспособь в качестве комплиментарного «зеркала» собственного мужа, если он на это согласен. У Галины Щербаковой, кстати, именно такой муж и был. А калечить ребенка в угоду собственным писательским амбициям мерзко и подло! Чего стоят все написанные Щербаковой книги, если они созданы за счет здоровья и счастья собственных детей? Проклятые это книги, получается…
Теперь про «простить». Я должна простить навсегда потерянное здоровье? Не рожденных из-за этого детей? Немотивированную злобу и агрессию матери? Неужели в «Маме» я изобразила себя блаженной? Но даже не это главное. Простить можно тех, кто хочет этого прощения, кто чувствует себя виноватым. Увы, ни покойная мать, ни ныне живущие отец и брат даже не думали просить у меня прощения. Если бы они это сделали, вы бы не прочитали «Маму» и, соответственно, книги, которую вы сейчас читаете, не было бы. Какое там прощение… Напротив, меня страстно мечтали добить. Но об этом позже. А пока приведу пример типичного призыва к прощению, умное письмо такой же пострадавшей, как и я, и блестящий, как обычно, комментарий Марины Казанцевой.
Настюша:
Шпиллер просто ищет внимания. Писать светло и добро, как ее мама, не может. Не дано. Раздутые обиды детства мешают. Ну, хоть так внимание заслужить – злобно напоминая о прошлом своей старенькой матери, которой уже под восемьдесят.
Простить мать, даже если мать в чем и виновата, этой дамочке Шпиллер и в голову не приходит. А кто не дает Екатерине простить мать? Да… Судя по всему, любое прощение – даже старой больной матери – у нее не в почете. В почете обсуждение и воспевание тщательно лелеемых обид двадцатилетней давности, надуманное не очень психически здоровым подростком.
Елена:
Я прочитала вашу книгу, и вчера была первая за несколько лет ночь, которую я продрыхла без длинных серых снов с бесконечно повторяющимся сюжетом! Вы смогли выразить то, что я сама в себе не могла осознать.
