— Тогда я через целителей пройду, возьму еще у них справку, чтобы приложить к заявлению. Воздействие на разум же фиксируется?
Полицейский опять мазнул по мне ненавидящим взглядом, но сказал почти ласково:
— Действительно, зачем вам лишний раз куда-то идти с такими травмами. Мы можем сделать исключение и взять заявление прямо по месту.
— Буду признателен. Уверен, что к утру сил у меня появится достаточно, чтобы дойти до отделения и узнать, что там с осмотром оболгавшей меня стороны. А пока постараюсь добрести до целителя.
— Добредите, — сочувствующе сказал полицейский с артефактом. — Если воздействие на разум было, неплохо было бы провериться.
— Идем уже, — поторопил его коллега. — Еще неизвестно, кто врет.
До калитки я их проводил, калитку запер, и тут же мне в ногу ткнулся Валерон.
— Понял, какой я полезный? Прикинь, как бы ты влип без предупреждения?
— Да это я идиот, нужно с каждым обновлением заново использовать Сокрытие сути.
Валерон насупился.
— То есть моя помощь не нужна, по-твоему?
— Я этого не говорил. Наоборот, без тебя я бы точно влип. С меня десяток яиц персонально тебе.
Валерон задумчиво наклонил голову и предложил:
— Ты мне один десяток сегодня уже обещал. Меняю оба на пяток кур. Для меня полезней будет. Я, кстати, в нашей связи углядел еще одну лазейку для передачи звука теперь уже издалека, но там потребуется дополнительная энергия, теперь уже с тебя. Но могу и пересказом.
— Давай попробуем с дополнительной энергией, — согласился я. — Не умру же. Что этот оборотень в погонах будет говорить своим нанимателям, хотелось бы услышать лично.
— Если пойму, что слишком много тяну, отключусь сразу же, — пообещал Валерон, плотоядно облизываясь. Если бы я не знал, что он после моей смерти отсюда вылетит в свой мир почти нищим, подумал бы, что планирует избавиться от хозяина. — Так я ухожу в бесплотное состояние?
— Стой! — заторопился я. — Сейчас хоть чайник поставлю и на табуретку сяду.
— Жду, — недовольно бросил он и уселся на задницу с видом примерной послушной собачки.
Но стоило мне только опуститься на табуретку, как Валерон сразу ушел в невидимость, а я обессиленно оперся о стол. В этот раз я помощника чувствовал: между нами словно тонюсенькая ниточка протянулась, через которую постоянно капала моя энергия в ту сторону. Но именно что капала, так что от резкого крупного отбора энергии я вскоре восстановился и даже смог заварить чай. Налил в чашку, достал сушки. Можно сказать, приготовился к трансляции. И Валерон не подвел.
— Нет у него никакого влияния на разум! — орал продажный полицейский. — Зато есть защита к воздействию на разум, двоечка. Вот и сработала.
— Уровень я потерял, — огрызнулся Осип. — Не на пустом же месте? Шел, поскользнулся, упал и — Опа! — нету уровня? Это так не работает.
— Вы постоянно с кем-то грызетесь. С чего взял, что в этот раз потерял? Могли и раньше незаметно навык забрать. Подставили вы меня, козлы, конкретно.
— Мы тебе неплохо так башляем, — бросил молчавший до этого времени главарь.
— Только поэтому я к вам и пришел, а не дал делу ход немедленно. Пацан почти нулевой по всем параметрам, Федор.
— Может, тогда его проще…
— Ты этого не говорил, я этого не слышал. Если с ним что-то случится сразу после заявления на вас, сам понимаешь, не прикрою. Даже пытаться не буду.
— Он встречное заявление написал?
— Я тебе о чем и толкую. До утра я его притормозил, но дальше — все. Утром чтобы вас в Дугарске не было.
— Мы и без того с утра в зону собирались.
— Мож, вы ближе к обеду собирались. Должны уйти, как только рассветет, до того как князь начнет все проверять, понял? А вернетесь — в город не заходите, исчезните хоть на месяц, чтобы утихло все. Обвинение в воздействии на разум слишком серьезная штука. Дойдет до Куликова — никому мало не покажется.
Валерон долго сидеть там не стал, вернулся быстро и сразу протявкал:
— Они точно на тебя злоумышляют, значит что?
Он с такой надеждой на меня посмотрел, что стало жалко его обламывать, но пришлось.
— Значит, мы повесим на их артель кражу осколков реликвии. Для этого ничего из их экипировки пострадать не должно, и они должны уйти рано утром из города.
Валерон задумчиво поскреб лапой по столу, на котором сидел.
— Что-то уже спер? — обреченно спросил я.
— Почему сразу спер? Получил с них небольшую компенсацию. Большую без согласования с тобой не рискнул.
Он выплюнул два новехоньких контейнера. Причем объема куда больше того, что я купил у Коломейко.
— Убери их с глаз моих, — схватился я за голову. — Как я это буду легализировать?
— Съездишь в соседний город. Скажешь, там купил. Они новые, на них нет никаких меток. Ты же говорил, что контейнеры тебе нужны и что мы грабим тех, кто нас грабит и убивает. Они пытались и то, и то. Я в своем праве.
Он насупленно на меня посмотрел. Господи, такая мелкая собака и такая вороватая…
— Не возвращать же теперь, — я вздохнул. — Вечером, как стемнеет, прогуляемся мимо княжеского дома. С какого расстояния должно взять заклинание? За ограду лезть не придется? Не дай бог, решат, что я воспылал чувствами к Наталье Васильевне.
