— Прикину, может, и сам соберусь. Вы, поди, не в последний раз зовете, значит, свое нужно.
— Свое завсегда надежнее, — согласился Демин. — Эт ты правильно у Матвея топорик его прикупил. Токма тренироваться с ним нужно.
Я с ним согласился и пошел в лавку выяснять, что там с картами, артефактами и одеждой. Отсутствие Валерона сильно напрягало, я уж подумывал, не вляпался ли он куда, и не пора ли его спасать.
Еще двух куриц я так и не купил. Мне и этих восемь оказалось слишком много. Они создавали шум, они постоянно хотели жрать, они вырывались из курятника и начинались носиться по двору, как будто им в задницы повставляли пропеллеры. Короче говоря, я понял, что животноводство не мое призвание, и надеялся, что Валерон избавит меня от этой обязанности сразу, как вернется. За несколько дней, разумеется, потому что сразу восемь кур ему не сожрать.
До лавки я добрел и прикинул, сколько нужно будет потратить, чтобы прилично экипироваться. Потому что смысл брать дерьмо, которое все равно придется менять? Но на приличное денег пока не было. Карты я тоже покупать не стал, потому что до конца не решил, нужен ли мне сборник. Если все ограничится сбором одной реликвии — то однозначно нет, а вот если и реликвию придется собирать внутри зоны, и одной не хватит для выполнения договора с богом, тогда придется прогуляться и до других мест.
Кстати, в лавке предоставляли возможность взять артефакты в аренду под залог, причем качество артефактов было повыше, чем у тех, что мне выделила деминская артель. Но и тех бы хватило бы, если бы не аномальное желание тварей до меня добраться. Ну и не моя неуклюжесть — потому что до мастера топора мне было очень и очень далеко. Все же одно дело заниматься фехтованием практически в тепличных условиях тренировочного зала, и совсем другое — делать это в зоне с противником, желающим тебя убить во что бы то ни стало.
В результате единственное, что я купил в лавке, — это алхимический лак для изнаночного дерева для пропитки приклада своего арбалета. Конечно, можно обойтись и без него, но лак наносился не только для красоты, но и для прочности.
Остаток дня я собирался провести, собирая арбалет, но стоило мне устроиться на крыльце с деревяшкой для приклада, как заявился Прохоров.
— Петр! — заорал он за калиткой. — Дело есть!
Пришлось отложить полено и идти к Прохорову. Не перекрикиваться же с ним через двор?
— Вот, — гордо сказал он, вытаскивая из кармана жестом фокусника металлическую роликовую приводную цепь. — С механизмуса. Предлагаю обмен на тех же условиях. Ты мне — двести заготовок, я тебе енту штуковину.
Глаза его фанатично горели. Видать, не сложилось у него и с камнем.
— У меня нет того, к чему она крепится, — ответил я, не торопясь соглашаться. — Бесполезная штуковина.
— Чегой-то бесполезная? — возмутился Прохоров и из второго кармана вытащил две звездочки, к которым эту цепь можно было пристроить. — Вот. За следующие выдам.
— Ты обесцениваешь мой труд.
— Чегой-то? Щепки зачаровать всяко дешевше, чем железяки покупать. Тебе так-то их вообще взять неоткуда.
Я жестом пригласил его пройти со мной и показал сваленную груду металла в сарае. Груда впечатляла. Честно говоря, при взгляде на нее возникал вопрос: как я это всё допер?
— Такой у тебя все равно нет, — не сдавался Прохоров. — Ладно, всё в комплекте отдам за двести подготовленных щепок.
— Только из уважения к тебе, — вздохнул я. — Так-то у меня планы были.
Деревяшку из зоны я от беды подальше унес в дом, притащил охапку обычных полешек и принялся откалывать от них тонкие щепки. Настрогал пятьдесят, внес в каждую плетение-якорь и высыпал в стоящее рядом ведро. Прохоров тут же схватил одну и принялся над ней пыхтеть.
Следующие пятьдесят я сделал себе — прокачивать воздушный щит. Был он уже второго уровня, и мухам требовалось для преодоления определенные усилия. Так что, можно сказать, от насекомых он уже защищал. Пятьдесят щитов второго уровня повесить на себя не удалось, потому что насекомые его все-таки сносили через какое-то время.
Я глянул, как там дела у Прохорова, обнаружил, что тот использовал пока меньше половины заготовок, и сделал себе еще пятьдесят. Примерно на середине использования заготовок Воздушный щит стал третьего уровня. Добив эти все, я занялся следующей партией, уже для Прохорова, потому что его заготовки подходили к концу.
— Получил! — внезапно заорал он и посмотрел на меня ошалевшими глазами.
— Сродство к артефакторике? — удивился я
— Если бы, — сразу сдулся он. — Второй уровень целительства.
— Тоже неплохо, — признал я. — Ты ж именно целительство собирался качать.
Я продолжил делать заготовки нам обоим и поднял в процессе щит до четвертого уровня, а зачарование и изготовление артефактов — до третьего. Это немного меня примирило с необходимостью терпеть рядом Прохорова, который уже использовал почти сто пятьдесят заготовок. Процент брака был еще высоким, но неуклонно уменьшался.
— Мне рядом с тобой проще делать, — внезапно сказал Прохоров. — У Коломейки-то почему-то так четко не выходит, а у тебя аура хорошая.
