— Нет у меня никакой ауры, — сразу открестился я.
— Мож, невидимая для тебя какая? — предположил он. — Грят, не все свои навыки видят. Иной раз какие хорошие или плохие для владельца тайна.
— Меня полиция своим артефактом проверяла, так что все, что есть, учли.
— Да? — удивился он. — Мож, потом получил? Когда с деминскими ходил? Иногда само липнет.
— Вроде всё, что прилипло, на молебне смыло.
— Хех, шутник. А ведь я уже не верил, что так качну. Ничо, я упорный. На уровень поднял — еще на десяток подниму.
Он с ненавистью посмотрел на оставшиеся пятьдесят с небольшим заготовок, но отложить на завтра и не подумал, принялся за работу. Я же новых заготовок решил не делать, но, чтобы не сидеть просто так, принялся создавать и развеивать шар света и к тому времени, как Прохоров добил заготовки, довел и это заклинание до второго уровня. Теперь итог напоминал не одинокого заблудившегося светляка, а их пару, которая искала третьего для опохмела подмигивая во все стороны. Сегодня третьего им найти было не суждено, потому что ресурс я свой почти исчерпал, а Прохоров наконец закончил.
— Чо тебе в обмен принести с механизмусов? — спросил он перед уходом, ставя меня в известность, что припрется опять.
— Может, ты сам научишься заготовки делать? — уже обреченно спросил я.
— Думаешь, не пытаюсь? Я ж пока не в зоне, кажную минуту пытаюсь. Сёдня не буду уже, устал. А так пробую. И ни фига. Видать, сродство к артефакторике надобно.
— Ты же заклинание в заготовку внедряешь и без сродства, — напомнил я. — А создать заготовку — это почти то же самое.
— То, да не то, — возразил Прохоров. — Чтобы заготовку сделать, нужно чувствовать, куда этот сраный якорь впихнуть, а твой якорь для заклинания — вот он прям на виду, остается на него правильно целительство посадить.
— Может, ты и прав.
— Да сто пудов прав. Коломейка мне так и сказал, что без сродства заготовку не сделать, и втюхивает свои. А на его у меня не садятся, хочь ты тресни. Так что тащить-то?
— А с колесами механизмусы встречал?
— Токма в глубине зоны, — ответил Прохоров. — И колеса не потащу, большие они и тяжелые. Рази что гусениц? Там тож колеса есть внутрях. Но их тож пару надоть. И двести заготовок за них маловато будет. Тыща за них. Тады попру, а нет — так чего попроще и полегче заказывай.
Я задумался. До колесных механизмусов, похоже, нынешняя прохоровская артель не доходит. Но нужны ли мне гусеничные шасси? Теоретически на них можно поставить вездеход, что для меня даже актуальней машины. Опять же, от помощи Прохорову я имею и свою выгоду — прокачку навыков. А он с тысячи заготовок прокачает наконец свое целительство до десятого уровня или близко к нему и от меня отстанет. Можно сказать, сплошная выгода.
— Договорились, — решил я. — Но при условии, что гусеницы будут неповрежденными и парными. А заготовки я тебе буду по двести штук отдавать.
— Годится, — обрадовался Прохоров и протянул свою лапищу для скрепления договора. — Но использовать буду заготовки рядом с тобой.
Мы обменялись рукопожатием, я закрыл за ним калитку и вернулся к дому. Начинало темнеть, в курятнике вопили куры, которые опять хотели жрать. Скорей бы вернулся Валерон…
Я поставил вариться кашу и пошел кормить этих прожорливых тварей. Одна из них настолько хищно на меня пялилась, что я заподозрил в ней плотоядные наклонности. Зона все-таки рядом, каждый приучается жрать что дают и защищаться чем может. Курятник в этот раз я запирал особо тщательно.
Пока каша готовилась, я начал выстругивать приклад арбалета и продолжил после ужина. Заготовку тщательно отшлифовал и покрыл алхимическим лаком, который на удивление почти не вонял, но сохнуть деревяшку я всё равно оттащил в сарай, после чего с чувством выполненного долга отправился спать.
Утром меня разбудило не солнце, а злющий Валерон.
— Я думал, ты обо мне переживаешь, а ты дрыхнешь хоть из пушек под ухом пали! — возмущенно протявкал он.
— Живой, — обрадовался я и схватил его в охапку. — Целый.
Валерон задергался в моих руках.
— Я тебе не игрушка. Отпусти, а то плюну.
В его глазах загорелись красные огоньки, пришлось выпустить из рук помощника. Не любит он нежностей, однако. Будем проявлять заботу по-другому.
— Я тебе куриц купил, как обещал.
Он только презрительно сморщил нос.
— Ты обещал десять, в курятнике столько нет. До десяти я считать умею — двух не хватает, — уже не так агрессивно ответил он. — Сожрал уже?
— Не купил пока. Решил, что ты с этими сначала разберешься, потом еще двух докупим.
— Тогда ладно. — Валерон широко зевнув, показав внутренние глубины ада. — Но еще две — по первому моему требованию.
— Есть будешь? Может, в курятнике яйца есть. Вчера были.
— Сожрал?
— Сожрал, — покаялся я. — На нервах весь был. Почему так долго?
— Как почему? А проследить за ними? А ограбить на обратном пути?
— Почему на обратном?
— Что я, зверь какой, отбирать припасы далеко от границы зоны? А так я всё разведал, а они в последнем убежище расслабились, я и забрал нашу компенсацию.
— Большая хоть компенсация?
