Какая же у Ромы большая красивая квартира! А ванная комната – настоящий бассейн из круглого двухместно джакузи. Гляжу на все это, а сама краснею. Ведь вспоминаю то, чем мы с ним занимались в горах дни и ночи напролет.
А если он полезет ко мне снова? Я не готова к этому. Теперь я – совсем другая нежели была два с половиной года назад. Я не хочу больше расплачиваться собой. Своим телом. Со мной нельзя так.
Пугаюсь еще больше. Может я зря позволила увезти себя этому мужчине?
А потом ругаю себя еще больше: ага, надо было остаться с Мишей, чтобы он забил меня до полусмерти ремнем.
Искоса смотрю на Бессонова. Что же он собирается делать?
Роман достает аптечку.
– Выкидывай блузку. Она вся рваная и в крови. – тихо требует он. – У тебя есть во что переодеться?
– Да. – киваю. – В дорожной сумке.
– Схожу за ней.
Роман покидает меня, оставляя один на один в роскошной ванной комнате. Осматриваюсь. На вешалках висят два комплекта халата. Один мужской, второй женский, в пленке, как бывает, когда получаешь вещи из прачечной. Опять-таки его электрическая навороченная зубная щетка, а рядом обычные, еще не вскрытые.
Тянуть открыть шкафчик. Зачем? Любопытно, честно говоря. Оттуда горкой высыпаются кхм… мужские средства защиты в ярких упаковках. Начинаю собирать их, запихивать обратно.
Такое чувство, что постоянной девушки или жены у него нет, но вот водит он сюда баб, это к гадалке не ходи. Почему этот факт огорчает меня? Я ревную? Да бред! Я его два года не видела и не слышала. И он только сегодня узнал о моем существовании в своей компании. А я ведь как никто другой прекрасно знаю о его гиперпотребностях в плотских утехах! В любом случае, я понятия не имею о том, как теперь будут развиваться наши отношения, и будут ли?
– Вот, держи! – Роман передает мне дорожную сумку.
Роюсь. Отыскиваю джемпер.
– Погоди. Дай обработать твою спину.
Я медленно расстегиваю блузку. Мне стыдно под его жгучим взглядом, несмотря на то, что он видел меня полностью обнаженной до этого.
Я лишь слегка приспускаю ее, прикрыв грудь. Роман усмехается, но не возражает. Не спеша смачивает ватный диск в антисептике. Прикладывает к царапине.
– С-с-с… – шиплю от яркой боли.
– Терпи, Солнце! Сволочь, сильно исполосовал тебя.
Стону, извиваюсь в его могучих руках, но отнюдь не от страсти. Просто щиплет невозможно. Хоть бы подул мне на спину!
– Все, Солнышко, ты же не хочешь столбняк заработать, да? Поэтому ранки надо хорошо промывать и обрабатывать. Одевайся.
Роман уходит, прикрыв за собой дверь. Надо же, какой галантный кавалер! Даже дверь за собой прикрыл.
Я переодеваюсь в чистые джинсы и джемпер, приглаживаю волосы. Выхожу. Коридор огромен. Буси и Вольфа не видно.
Иду мимо огромной гостиной с окнами во всю стену. Вид на город – завораживающий. А еще у меня кружится от него голова – на такой высоте мы сейчас находимся. Ночью здесь должно быть очень красиво.
Романа обнаруживаю на суперсовременной кухне. Он делает нам чай. В сендвичнице уже издает восхитительный аромат нечто в лаваше, больше всего похожее на шаурму. Я понимаю, как сильно я хочу кушать.
– Садись, Солнце. Нам обоим не помешает пообедать.
– Детей забрать нужно. – напоминаю я.
– Слушай, они в саду до вечера. Наверняка у них уже тихий час. Твой урод не сможет их выкрасть. Он даже встать не сможет. Не переживай.
ЛЕРА
Проглатываю еду, не чувствуя ее потрясающего вкуса. Очень переживаю за детей. Роман прекрасно видит мое состояние.
– Ладно, поехали! – говорит он, сгружая грязную посуду в раковину.
Я хватаюсь за дорожную сумку.
Бессонов смотрит на мои сборы задумчиво.
– И куда пойдешь, после того, как заберём детей?
Останавливаюсь. Задумываюсь. Я не знаю. Вопрос вводит меня в ступор. Все произошло слишком быстро. Мне некуда идти. Если только…
– К Лене. Мышкиной. Она приютит. Сама – мать, не должна выгнать меня с двумя маленькими детьми.
Роман хмыкает. Делает глубокий вдох.
– У меня к тебе есть много вопросов, Солнце. Про детей в том числе.
– Пожалуйста, давай после. Я просто хочу убедиться в их безопасности.
– Поехали.
Выходим, едем. Я подсказываю Бессонову дорогу к детскому саду. Весь путь он задумчив и сосредоточен. Я тоже в напряжении. Зачем ему что-то знать про детей?! Он что, о чем-то догадывается? Надеюсь, что нет.
В дороге пару раз его отвлекают звонки. Он быстро решает текущие проблемы. Уверенный в себе. Умный. Решительный мужчина. Не то что, Миша, тряпка! А какие у Бессонова руки! Господи, это руки настоящего мужчины! – сильные, мужественные, жилистые. Широкие запястья, длинные пальцы. Аккуратные ногти миндалевидной формы. Рассматриваю его искоса, чтобы он заметил моего взгляда. И как я могла повестить на такого ублюдка, как Миша?! Очень рада, что родила именно от Романа. Мои мальчики вырастут похожими на своего настоящего отца. Они и сейчас на него похожи до невозможности!
Ох… а если он сейчас взглянет на них и узнает?! Сто процентов узнает, ведь словно собственное отражение в зеркале увидит. Что тогда??? Что? Я вся холодею от страха. И предвкушения.
Подъезжаем.
