В день, когда жители «Яблоневого» устроили забастовку у офиса, я ехал туда, чтобы сложить полномочия. Нет, не струсил… Просто надоело жить по чужим правилам. Я даже перестал париться, что репутация «СтройГрада» спикирует к плинтусу. Поэтому оформил подставную фирму, чтобы потом перекупить контрольный пакет акций, что рухнут в цене.
Но, выходя из машины, я столкнулась с её серо-голубыми глазами, пронзившие меня грозовой молнией с головы до ног. Я словно воздух вдохнул, вместо удушающего углекислого газа, что стал моим топливом. Девчонка… Захотелось подойти и попросить станцевать для меня. Только для меня, чтобы никто не видел. В тот момент и родился этот безумный план. Но если бы можно было отмотать, то я бы ничего не стал менять. Прошёл бы заново все стадии принятия, смирения и примирения с этой строптивой девчонкой.
– Отвлекись, друг, – тихий сиплый голос Геры Керезя отвлек меня от приятных и светлых мыслей. – А то смотрю, ты совсем расплылся. Так можно и подкаблучником прослыть в нашей дружной мужской компании.
– А ты не завидуй, Керезь, – пожал другу руку, хлопнул по крепким плечам. – Я рад, что ты наконец-то вернулся в родные пенаты. Ну, как дела?
– Смотря у кого, – Гера сел напротив меня, откинулся и стал лениво осматривать зал. – У меня всё шикарно. Я молод, весел и любвеобилен. А чего так девушек мало? Катерина устроила на входе фэйсконтроль?
– А ты всё такой же, – я тоже закурил и стал рассматривать друга, что вернулся из столицы месяц назад. – В вечном поиске, Гера? Ничего не меняется?
– Я – стабилен, как наш президент, а вот ты в предатели заделался. Свадьбу какую организовал, невесту шикарную отхватил, бизнес деда решил с молотка спустить.
– Давай, Керезь, отпусти яйца кота и вещай уже. Спрашиваю в последний раз, как дела?
– Царёв, посмотри на меня, – Гера чуть наклонился, чтобы всем казалось, что я смотрю на него, но по движению глаз друга я определил верное направление. Дернул головой, заметив движение за стеклянной перегородкой, что отделяла зал ресторана на две части. За дальним столиком сидел старик Пиминов со своей свитой и глаз не сводил с Катерины.
– Какого ху* ему надо? – зашипел я вскочил, но чья-то сильная рука опустилась мне на плечо, возвращая обратно в кресло.
– Посиди, послушай… – Королёв носком поддел стул и уселся рядом с Герой, махнув кому-то головой.
– А я пойду дам повеселю, – внезапно появившийся Лёва подмигнул и пританцовывая двинулся в центр зала, протягивая свои руки к бабушке Катерины. И уже через мгновение за их столиком завязалась нужная суета, позволившая перевести тревожный взгляд на дымящих друзей, что прикладывались к сигаретам почти в синхрон.
– Вещайте, пока терплю…
– Ты в курсе, что он заявился на тендер по «Яблоневому»? – наконец-то выдал Гера.
– Знаю, – хмыкнул я. – Вот только это твой косяк, Гера! Я просил вас заняться тендером, чтобы и мышь не проскочила. Жена мне не простит этого.
– Успокойся, – отмахнулся Королёв, выдав свою фирменную ухмылку и я расслабился. Чертяга… – Там всё под контролем. Только вот мы поздно стали копать под него, поэтому информации пока мало.
– Вы узнали, почему дед почку готов отдать, лишь бы утереть нос Пиминовым?
– Прошло уже лет пятьдесят, наверное. А Иван принял эту вражду по наследству. И вообще, по современным меркам это такая ерунда, – отмахнулся Керезь и выдохнул облако дыма под потолок. – Твоя бабушка была невестой отца Пиминова. А дедуля твой украл её за день до свадьбы. После этого у них и завязалась драка, в которой они поочерёдно теряли огромные суммы. Поэтому Пиминову досталась видоизменённая война, брат. Он уже грызётся за зелёненькие, а не за поруганную честь отца. …
– Вот только это так символично, Саня, – Королёв затушил сигарету и обвёл взглядом торжественно украшенный зал. – Когда, говоришь у тебя свадьба?
– Хм…
– Это ещё не всё…
Катерина
Внутри все сжималось от счастья. Осматривала светлый зал ресторана, где проходил традиционный ужин перед свадьбой. Юлия Викторовна обещала, что будут только свои, но она, конечно, слукавила… Малый зал, в котором проходил ужин, просто ломился от гостей.
Наш круглый стол стоял в самом центре торжественно украшенного зала. Сердце замирало от красоты убранства: серебристые скатерти, высокие колбы с белоснежными орхидеями на столах, мягкий, чуть приглушенный свет, что подсвечивал вычурные наряды гостей. Всё было красиво, тонко, но без пафоса. Живая музыка увлекала пары в свои нежные объятия, кружила вокруг сцены, а высокие свечи бросали соблазнительные блики на весёлые лица, отражались в серебре столовых приборах.
Я осматривала наш стол, за которым было шумно и тихо одновременно: Лялька болтала с Наташкой, мама с бабушкой и Юлией Викторовной обсуждают последние штрихи, сверяясь со сценарием организатора, а Алексей Тихонович вместе с дедом и Борисом курсировали по залу, принимая поздравления. Но пусто было… Холодно…
