Её прикосновения робкие и медленные. Она неспешно изучает меня, в то время как я начинаю гореть в нетерпении, зацеловываю её тело, а руки заканчивают осмотр всех аппетитных изгибов женской плоти. Я ещё успею уделить им много своего внимания, а сейчас мне нужна она вся. Надеваю защиту и, убедившись в готовности Леры, осторожно проникаю в неё, растягивая долгожданный момент удовольствия. Лерочка тихо выдыхает и сильнее прижимается ко мне, вбирая меня ещё глубже. Начинаю ритмичные движения, постепенно ускоряясь, и растворяюсь в неге сладостных ощущений.
Как давно я об этом мечтал. Нет, не о девочке, которой сейчас так хорошо подо мной. О чувстве схожести. Закрыв глаза, я снова возвращаюсь к ней, своей любимой. Я пытаюсь обмануть себя, но так я счастлив. Хотя бы на это короткое мгновение. Вновь оказаться там, где семейная чаша ещё не разбита. Где я страстно любим и жадно люблю. До переломного момента, после которого в голове звучало лишь…
— Ненавижу! — со звонким ударом о пол, разлетаясь, разбивается чашка с горячим чаем. — Я ненавижу тебя, слышишь! Не прикасайся, меня тошнит от мужских рук.
Я замер, так и оставшись стоять позади незнакомой мне женщины с поднятыми руками, пару секунд назад обнимавшими жену за плечи. Конечно, это была она, но такое поведение было ей не свойственно. Поэтому я смотрел на спину незнакомки, а после в разъярённые и блестящие от слёз глаза, когда она повернулась.
— Больше не смей! Я тоже умерла!
Я всё списал на депрессию. Мы ждали третьего ребёнка. Маргарита очень хотела дочку и убедила в этом меня. Говорили только о девочке, исключая любую возможность рождения третьего сына. Выкидыш на шестнадцатой неделе поставил точку. Я переживал о нашей потере и о здоровье жены. После выписки из больницы Марго не находила себе места, а после обвинила меня во всём. Мне было всё равно, пусть виновен буду я, лишь бы моей девочке стало лучше. А через несколько дней я узнал, что у депрессии глубокие корни и слишком длинные руки.
Лера издаёт протяжный стон, возвращая меня к реальности. Она почти всё, и я способствую её разрядке. Ускоряюсь, сжимаю рукой грудь, пропуская сосок между пальцев, и губами впиваюсь в шею, оставляя свой след и слегка прикусывая. Дрожь пробегает по её телу, и она впервые так сладко тянет моё имя. Необычно для меня, но приятно. И вслед за ней меня тоже уносит на своих волнах эйфория. Перекатываюсь на спину и утягиваю Леру на себя. Не хочется выпускать её из своих рук. Не сейчас. Она послушно устраивается на моей груди, приткнув голову на плечо, которое предварительно поцеловала.
— Не болит? — улыбаюсь, услышав её вопрос. Ожидал любую фразу, но чтобы после первого секса между нами она интересовалась моим ушибленным плечом — нет. И эта внезапная забота приятно трогает моё сердце, растекаясь по нему теплом. Кому-то непременно с этой девчонкой повезёт. Если сможет оценить.
— Теперь нет, — отвечаю, поглаживая нежную спину. Какой-то короткий момент, хочется его растянуть, прочувствовать. Но нас ждёт ещё заказанный мной ужин. — Нам надо в душ. Я всё купил: полотенца, шампуни, гели, зубные щетки, пасту. Если что-то не подойдёт, поменяй, купи на своё усмотрение. И, Лер, прости за синяки. У меня не было времени рассчитать захват. Был только маленький шанс тебя поймать.
— Ничего, это ерунда. А про покупки, думаю, что всё в порядке. Максим, — приподнимается и с недоверием смотрит на меня своими большими голубыми глазами. — А зачем ты приносил те бумаги в кафе? Хотел меня напугать?
— Задумка была другой, — успокаиваю Леру, заправляя волосы за ушко и продолжая их гладить по длине. — Я думал, при прочтении ты начнёшь улыбаться, и мы вместе посмеёмся над текстом. Я придумал столько нелепостей, чтобы увидеть твою улыбку. А ты испугалась, как маленький зайчонок. Я даже задумался, не с девственницей ли перегибаю палку.
— Я решила, что ты сумасшедший! — робко отзывается девчонка, пряча глаза. А я соглашаюсь.
— В некотором смысле так оно и есть.
Душ мы приняли вместе. Думал, что Лера будет стесняться и откажется, но она согласилась. Я снова зацеловывал девушку и растирал мочалкой по её телу густую пену. Заниматься любовью в душе я сегодня не планировал, поэтому просто мыл красавицу и получал эстетическое удовольствие от созерцания данного шедевра. У нас впереди целая ночь и широкая кровать, спешить не стоит.
Пока Лера одевалась и сушила волосы полотенцем, я на кухне распаковал еду и накрыл для нас стол. Её предпочтений в еде я узнать не успел, не считая её сладких пристрастий. Пришлось сделать заказ на свой вкус. Парочку лёгких салатов, запечённый сибас с овощами, отбивную по-милански, немного морепродуктов, фруктов, мясной и овощной нарезки. Спиртное я решил нам не брать. Купил сок нескольких вкусов и привёз кофемашину для любительницы капучино.
— Ого! Это точно для нас двоих, а не на какой-то фуршет? — Лерочка появляется на кухне и с восхищением осматривает стол. Она накинула на себя белый махровый халат, а влажные волосы перекинула на одно плечо.
