— Инженер, работая с подрядной бригадой, имеет возможность больше заниматься чисто инженерным делом,— пояснял Кочарыгин. — Раньше забота о выполнении плана, о сдаче объектов лежала только на мне, а теперь она по договору легла и на бригаду. Мы разделали ношу. И мне в этом смысле легче. Не нужно подгонять людей — они сами торопятся — только успевай помогать. Рабочие стали шире мыслить. В год — два этапа, работают перспективно. Но, взяв на себя ответственность за объект, бригада отнимает у нас, инженеров, и часть «власти». Рабочий в подрядной бригаде не такой, как в обычной. Он не подчиняется беспрекословно, спорит.
Кочарыгин прав. Я сам наблюдал такую сценку. Плотник Николай Вилякин, получив от мастера эскиз опалубки, не сразу взялся за пилу, покрутив листок и так и этак, отправился в прорабскую к Юрию Александровичу и начал сверять эскиз с чертежами: «По-моему, здесь другой размер».
«По-моему!» Раньше бы сделал, как сказали, а что получится — пусть у мастера голова болит. Теперь каждое распоряжение прораба, мастера рабочие сперва обсуждали, а потом уже приступали к делу.
—! Прежде можно было повлиять нарядом,— говорил Кочарыгин,— нынче нарядов нет. Зарплатой распоряжается сама бригада. Приходится убеждать. Зато у инженера появился заинтересованный помощник.
Год «спокойного солнца» был действительно на редкость благополучным. Бригада впервые освоила более миллиона рублей.
Дважды за тот год мы завоевывали звание «Лучшая бригада Минтяжстроя СССР».
— И не раз,— ответил Е. Петров, партгрупорг бригады. — Долго нам мешали трое рабочих. Любую трудность использовали, чтобы подорвать у людей веру
