— Так, но не так, — Берт помолчал, собираясь с мыслями. — Действительно, около двух тысяч лет назад в Айдарских горах жили Черные Драконы. Как раз в то время начала зарождаться Иройская Империя. Империя набирала силу, росла, но споткнулась об Айдарский хребет. Драконы входить в состав империи отказались. Тогдашний император был демон вспыльчивый, да что скрывать, как политик он был откровенно слаб, но полководец был отличный. — Берт в очередной раз приложился к бутылке, с усилием разлепил глаза и продолжил. — И вместо того, чтобы попробовать договориться с драконами, он решил силой присоединить Айдарские горы к своему государству. Драконы, не смотря на свою репутацию, были существа миролюбивые, у них даже армии как таковой не существовало. Ополчение не могло сдержать закаленные в боях иройские легионы. Не знаю, что ими двигало, но имперцы не удовлетворились простой победой, они полностью вырезали все население городов, через которые проходили.
— Берт, — раздалось от двери в спальню, — проверь Дейна, дальше я сам расскажу.
В гостиную вошел Тейн, выглядел он не лучше брата.
— Ты бы еще поспал хотя бы час, свалишься же… — Берт нехотя поднялся из уютного кресла. — Тебе еще с Норгом по второму кругу беседовать, а он без магии не соглашается даже имя свое назвать. Лучше бы ты с ним по старинке, через раскаленные клещи общался.
Берт махнул рукой и скрылся в портале. Я новым взглядом посмотрела на Тейна. За эти дни я успела забыть, что в империи он славится не только тем, что от него никто из врагов короны еще не уходил, но и своим умением развязывать язык всем, кому не повезло оказаться в его руках.
— Не дрожи, — он налил себе кофе. — Берт как раз остановился на самом интересном. — Демон отпил из чашки и светским тоном продолжил. — Когда король Черных Драконов увидел, что ему не победить, и народ его будет истреблен, он взмолился богам, прося защиты. Но боги молчали. И тогда он обратился к магии крови. Думаю, император обезумел от отчаяния. Он вложил в заклятье свою жизнь и кровь, отобрав у своего народа души, превратив драконов в идеальное оружие. Ни страха, ни жалости. Демоны готовы были принять бой. Но, когда первый из новых драконов пал к ногам победителей, капли его крови попали на близко стоящих воинов, и прожили их насквозь. Кровь драконов стала самым сильным оружием против демонов. Одной капли достаточно, чтобы убить кого-то из нас. Для остальных рас она безвредна, — Тейн перевел дыхание и посмотрел на меня. — Тогда были уничтожены практически все Черные Драконы. Их несколько столетий после этого искали, находили и убивали по всей империи. Последнего такого убили двести лет назад. Считалось, что их больше нет. Но вот появляется пузырек с кровью. Этот яд мог предназначаться только кому-то из демонов, но, скорее всего императорской семье, — он усмехнулся, протянул руку через стол и дотронулся до дракона с изумрудом на моей шее. — И знаешь что. В знак раскаянья за истребление целого народа, среди потомков демонов, сражавшихся тогда в Айдарских горах, есть традиция. Мы помещаем в камень часть своей души и отдаем ее на сохранение дракону.
В комнате повисла тишина. Тейн откинулся на спинку кресла и, аккуратным глоточком отпив кофе, потянулся за свежей газетой. Я не собиралась нарушать молчания и, пользуясь паузой в разговоре, обдумывала услышанное. Я поднесла глазам подвеску с зеленым камнем, а ведь принять его за изумруд мог только человек абсолютно не разбирающийся в камнях, я должна была сразу заметить. Камень имел глубокий зеленый цвет, но, если присмотреться, то можно было заметить плавные, мягкие разводы, камень будто состоял из множества прозрачных слоев.
Налюбовавшись на зеленый камень, я взяла в руки подвеску Дейна. От камня вниз по руке побежали искры холода, слегка покалывая кожу. Это точно был сапфир, просто необычного светло-синего цвета. Такого цвета бывают льды в северных морях, такие же прозрачные и холодные.
Дейн прав, только безумец способен отдать часть своей души, они оба безумцы. Я оторвала взгляд от камня, Тейн читал газету и хмурил брови. Демон абсолютно не обращал на меня внимания, казалось, что он не сообщил мне ничего важного, и абсолютно не заинтересован в моей реакции. Вот только он уже третий раз подносит к губам пустую чашку. Он ждет моего ответа, моих слов, которые, возможно, очень важны для него. А я не знаю что сказать. Что не достойна такого подарка? Что не смогу дать ему ничего взамен.
Я набралась смелости:
— Тейн, я…
