Тотализатор - не наркотики. Но для некоторых он стал не менее пагубной страстью. А виновата во всём иллюзия лёгкого и быстрого обогащения. Но если быть совсем точным, виноваты всё-таки люди, верящие в эту иллюзию. У каждого из нас, хотя бы разок, возникало желание проверить свою способность предугадать развитие событий. Некоторые даже с пеной у рта, то ли отстаивали, то ли навязывали свой вариант. При этом добрая половина была готова заключить пари. Почему бы не пощекотать себе нервы, коль уверен в себе? Именно для такой категории людей и придумали букмекерские конторы. Во всём мире люди делают ставки на спортивные события. Никто их за это не осуждает. Порицаются лишь те, кто не умеет оставаться в границах благоразумия. Почему же Бояринов хотел скрыть своё увлечение от меня? Потому что оно вышло из-под контроля? Или дело было не в самой игре, а в ставках? Как бывший юрист я, хоть и мельком, но прочёл весь свой контракт от начала до конца. И память мне услужливо подсказала, что в нём был один пункт, касающийся игры в тотализатор. Я не имел права делать ставки против своей команды. Прямо или косвенно. Лично или опосредованно. Не здесь ли собака была зарыта?
В каждом туре были игры, в которых можно было предсказать победу одной из команд с большой долей вероятности. Для этого вовсе не обязательно было быть членом этой команды. Вот только практически всегда за ожидаемый результат устанавливался слишком маленький коэффициент. Большие деньги выплачивались только за неожиданный результат. А его не мог предсказать даже член команды. Если он только сам не имел отношение к нему.
После тренировки я подгадал момент, когда рядом с Павлом никого не было, и задал ему крепко засевший в моей голове вопрос:
- Делаешь ставки в тотализаторе?
По его реакции я сразу понял, что именно встречи со мной он и хотел избежать накануне. Растерянность, досада, раздражение... Бедный Бояринов, уроков владения собой он явно не брал.
- Да... нет.
- Так да или нет?
- Мой друг сделал ставку.
- Вместо тебя?
- Нет, он просто пообещал мне неплохие проценты с выигрыша, если я дам ему хороший совет.
- Ты внимательно читал свой контракт?
- Да... нет. А что?
- А то, что в нём есть пункт, запрещающий тебе прямо или косвенно играть в тотализаторе против своей команды.
- Я против команды никогда не играл.
- Если Максимович узнает, он тебя выгонит из команды.
Взгляд в упор и очевидный вопрос:
- Ты же не заложишь меня?
- Я нет, но шила в мешке не утаишь. Перестань играть с огнём, пока не поздно.
- Я только дал совет.
Мне следовало в это поверить. Только по выражению лица моего собеседника и ребенок бы понял, что он всего лишь пытался успокоить меня. Было очевидно, что эти двое заключили договор. Но когда это было гарантией сохранения тайны?
Я был хорошо знаком с тотализатором. Слишком хорошо. За все свои знания и опыт я заплатил приличную цену. Зато знаком был с ним не понаслышке.
- Ты хочешь, чтобы я поверил тебе? Что ты регулярно давал советы, но сам не играл...
У меня был немалый негативный опыт. Я бы мог им поделиться. Только кого спас чужой опыт, всем обязательно нужно наступить на грабли лично.
- Да я, по большому счёту, и не играл. Так, делал, время от времени, ставки на победу родной команды. Да и то, не сам, а на пару с приятелем. И к слову я не один в команде так делал. Но только это между нами.
При этом он наклонился ко мне и сделал жест рукой, показывающий, что он оказал мне доверие. Тогда и я ответил ему похожим жестом.
- Я и не собирался никому рассказывать об этом, но кого ты имел в виду?
- Я же не сам до этого допёр. Однажды Болотов подвозил меня на своей автомашине и попросил сделать ставку. Дал мне бумажку с результатом матча и деньги. Когда я спросил, почему он не ставит сам, он ответил мне, что его в городе многие знают, а меня нет. Болотов пожаловался, что у него нет знакомых в нашем городе, которых он мог бы попросить о такой услуге. Я поставил его деньги, и мы поехали дальше. На мой вопрос, зачем ему при его зарплате это нужно, он ответил, что лишних денег не бывает. "Почему бы не срубить бабок, если знаешь "верняк"?". "Шальные деньги на шальные траты". В прошлом году мы выигрывали часто. От нас никто этого не ждал, и коэффициент долгое время был хороший. Я и подумал, почему бы и мне не положить кусочек шоколадного масла на свой кусок хлеба. Так и втянулся.
- Побеждали, действительно, часто.
В прошлом году это был практически "верняк". Только коэффициенты плавно упали. В этом бизнесе дураков не было. К команде стали относиться более серьёзно. Я не сказал об этом вслух, но я-то прекрасно знал, что ставить можно не только на победу.
- На что же ты ставил в этом году?
Я внимательно смотрел в его глаза, но он отвёл свой взгляд. А я проигнорировал его ответ.
- Конечно, на победу, только гораздо реже.
