Вячеслав чуть задержался у двери кабинета и взглянул на часы. До времени, назначенного студенту, оставалось еще полчаса. Долгих полчаса.
Он уже решил, что эта встреча с Сергеем будет последней. Не вообще, а последней по такому поводу. Коли уж человек вплотную подобрался к работе над диссертацией, то пора бы уже снять детсадовские штанишки. И подойти к столь важному в жизни мероприятию со всей возможной серьезностью. Все эти потуги с виртуальной реальностью, нейро-программированием и прочей ерундой хороши только как учебные упражнения. Задачка для третьего класса, но никак не для выпускного экзамена. И если студент этого не понимает, то так ему и быть студентом вечным. Тут уж Вячеслав Соломонович помочь ему не в силах.
Слава, чуть поморщившись, слегка потер живот. Некстати разболелся желудок, усталость зовет домой, еще полчаса ожидания - все это вместе было далеко не в пользу студента.
Кротков резко открыл возмущенно заскрипевшую дверь. Тихонько притворил ее и открыл снова, уже медленно. Скрип не понравился, Слава сокрушенно качнул головой и выглянул в коридор.
- Что ж домой-то не идете, Вячеслав Соломоныч?
Кротков оглянулся на голос. Пожилая уборщица застыла с тряпкой в руках возле окна и вопросительно смотрела на Славу поверх старых очков с обмотанной пластырем дужкой.
- Студента одного жду, Нин-Ванна, - Вячеслав снова потер рукой солнечное сплетение и оглядел чисто вымытый пол коридора. - А вы-то чего домой не идете? Окна, вроде бы, мыли недавно…
- Та воробьи, Вячеслав Соломоныч, - уборщица вернулась к прерванному занятию по остервенелому надраиванию подоконника. - Чи сами залетели, чи приволок кто из студиков… Все загадили, паразиты…
Слава улыбнулся ворчанию уборщицы и тут же поморщился от очередного болезненного спазма.
- Нин-Ванна, у вас от желудка ничего нету?
Нина Ивановна с удовольствием бросила тряпку в ведро, развернулась всем корпусом и вытерла руки о халат.
- Съели чего не то, Вячеслав Соломоныч? - Слава неопределенно кивнул. - Это да, это сейчас продукты такие. Не то, что раньше. Вот помню… Ах, ну да.
Уборщица принялась суетливо рыться в оттопыренных карманах халата.
- А но-шпа у меня есть. Самые… Да где ж они?… А! Вот, - Нина Ивановна выудила, наконец, из кармана пластиковый флакончик. - Я их завсегда от мигрени пью. И от желудка тоже. Оченно помогают.
Она высыпала Славе на ладонь несколько маленьких желтых таблеток.
- Выпейте. Штучки четыре-пять. Как рукой снимет.
Вячеслав с сомнением посмотрел на таблетки и пожал плечами.
- Спасибо, Нин-Ванна.
- Выпей, выпей, - уборщица уже снова схватила тряпку и с яростью набросилась на подоконник.
Кротков вернулся в кабинет и сел за стол. Бросил взгляд на часы, несколько секунд задумчиво посмотрел на таблетки и закинул их в рот. Проглотил, не запивая.
- Николаич, глянь-ка. Кто бы это мог быть? - капитан, помощник дежурного руководителя полетов, стоя у громадного, наклоненного вниз стекла "вышки", не донес до рта заменяющий ему завтрак бутерброд и указал вниз.
Николаич помассировал отяжелевшие веки, потер затекшее под прижатым портупеей подполковничьим погоном плечо и тяжело поднялся, опершись на пульт.
- Что там еще?…
- Шишка какая-то… - капитан суетливо завернул остатки бутерброда в кусок промасленной бумаги и засунул сверток в полевую сумку. - Ой, чую, не к добру…
Прямо под аквариумом вышки, скрипя тормозами, разворачивался кортеж из двух военных вездеходов, втиснувших между собой удлиненный бронированный ЗиМ-56. Следом подтягивался тяжелый бронетранспортер, а от штаба на всех парах неслись джипы с флажками комдива и начштаба дивизии.
Разглядев на погонах вышедшего из представительского седана человека полковничьи погоны с фиолетовыми просветами, Николаич подпрыгнул и заозирался в поисках фуражки.
- Ах, ты ж… Все по местам! - он нашел, наконец, фуражку и одернул форму. - МГБ пожаловали… Всем тянуться в струнку и молчать!
Дежурная смена среагировала молниеносно, убрав все неположенное и заняв штатные места. Николаич облюбовал позицию напротив входной двери.
- Блин, знать бы еще, кто и в чем прокололся…
Ввалившийся в "аквариум" грузный полковник предупреждающе поднял руку, остановив готовый сорваться с губ Николаича доклад. Следом за полковником просочилась его свита, мгновенно сдвинув цветовую гамму помещения в фиолетовую часть спектра.
- Так, подполковник. Первое - боевая тревога по базе. Второе - дежурное звено в готовность один. Третье - комдива и начштаба сюда. Выполнять!
- Но… - Николаич, мягко говоря, пребывал в недоумении.
- Выполнять!!! - рявкнул полковник.
