– Тоже, – нахально улыбнулся переговорщик. Эта жаба не умела отступать. Его научили лишь выбивать со слабых все до последней монеты. А если кто-то успевал прибить урода, на это место легко находили следующего. Риск – минимален, когда позади толпа автоматчиков, мечтающих нажать на спусковой крючок.
– Сейчас принесу.
Я хмуро разглядывал молчаливых сослуживцев. Редкие вкрапления «старичков» и злые глаза молодых солдат, большую часть времени проводивших в чужих анклавах. Похоже, здесь и сейчас мы видели, как теряет остатки авторитета наш командир.
– Вот, десять процентов. Брикеты серебристого туффа. Любая биржа возьмет по максимальной ставке.
– Хорошо, – глиста мельком сунула нос в крошечный чемоданчик, потом хлопнула крышкой и направилась к выходу.
Второй урод в костюме посчитал, что не отработал зарплату, и на последок распахнул пасть:
– И мы проверим, сколько вам заплатили! Будет очень обидно, если окажется, что кто-то ошибся в расчетах.
– Иди, иди, – проворчал подполковник, жестом приказывая закрыть ворота. Потом посмотрел на командира второй роты, где осталось от силы двадцать человек, и усмехнулся: – Какие могут быть расчеты с покойником?
Аккуратно заткнув указательными пальцами уши, Кокрелл исхитрился правым мизинцем нажать кнопку на крошечном пульте. Подождав, пока стихнет грохот взрыва, украшенного взметнувшимся за забором дымным облаком, скомандовал:
– Браво – добить из гранатометов машины. Альфа и Гамма – зачистить периметр. Выполнять...
Через час бригада «полегчала» еще на сотню парней. Как сказал шмыгавший носом угрюмый пацаненок, теребивший лямку баула:
– Бугор рехнулся совсем. Нас теперь кончат всех из-за него! Придумал тоже, в разборки с местной братвой влезать...
– Это у тебя в шпане бугры, салабон, – я презрительно сплюнул под ноги дезертиру. – А командир бригады знает, как надо с падалью разговаривать. Обгадился? Катись тогда, отрабатывай свой блатной кусок хлеба. Не позорь форму...
Кокрелл тем временем через третьи руки сумел добыть прямой номер хозяина переговорщиков и озвучил встречное предложение:
– Еще раз ко мне пошлешь лоботрясов, я нанесу ответный визит с охапкой минометов в придачу. И пущу твое осиное гнездо по ветру. В этом сомнений нет? Ах, так значит, просто молодежь превысила полномочия и сдуру решила хапнуть чужой кусок пирога? Ладно тогда... Буду считать, что избавил тебя от лишних расходов на похороны...
Выключив коммуникатор, подполковник только развел руками:
– Ты смотри, остатки авторитета пока действуют, нас все еще боятся. Хотя – это временно. Теперь будут пробовать на зуб все чаще и серьезнее. И никакие друзья в анклавах не помогут...
Я же лишь сделал себе зарубку в памяти, что теперь надо ложиться спать, пристроив рядом не только револьвер, но и снаряженный автомат. Потому как игры начались совсем взрослые.
* * *
На утренней поверке стояли все, до последнего бойца. Звонкий голос отрапортовал:
– Господин командир сводной бригады! Наличный состав в количестве ста пяти человек построен! Больных и отсутствующих нет!
– На знамя рав-в-вняйсь! Смир-р-р-на!
Мы доживали наш пятый год. Те, кто остался, не взирая ни на что. Становой хребет бригады войск специального назначения. Все сто пять человек...
Крохотные колючие снежинки-льдинки кусали лицо, задубевшее на морозе. Но я не уходил с обзорной вышки, наблюдая, как медленно наползающая тьма пожирает проткнувшие тучи небоскребы. Холод и тьма, родственники пустоте, заполнившей душу. Казалось, я гляжусь в зеркало и вижу собственное отражение. Но рефлексию развеял громкий крик снизу:
– Док, есть боевая задача! Сгребайся, хватит балду пинать!
Я перегнулся через перила и полюбовался, как командир бригады крутит указательным пальцем «вертушку» над головой. Похоже, действительно, любимым сослуживцам зачем-то понадобился брюзжащая медицина. Вздохнув, начал аккуратно переставлять ноги на посыпанных песком ступеньках. Навернуться с десятиметровой высоты, сломав по дороге шею – крайне абсурдное завершение военной карьеры. Лучше поберечься.
– Значит, так, Макс. Я только что отзвонился твоим друзьям из анклава, договорился о встрече. Возьмешь с собой две тройки усиления, чтобы по дороге не вляпаться, и туда. Надеюсь, найдешь правильные слова. А нужно мне, чтобы ты сказал следующее...
* * *
– Патти, если пошлешь подальше, я не обижусь. И пойму все, что скажешь... Но – это не мой бзик. И пусть я не могу рассказать все парням, но тебя ввел в курс дела. И прошу помочь. Прошу просто не мешать тем, кто согласится на мое предложение...
Бритый налысо новый хозяин гангстерского анклава помолчал, потом допил бурбон и аккуратно поставил хрустальный бокал на отделанную серебром столешницу.
– Да, респетадо, просто по живому режешь. По жи-во-му... Но это хорошо, что ко мне пришел и проблемой поделился. Не люблю, когда за спиной к «семье» начинают «подходы» искать... Согласен, сейчас ребят соберу. Мало того, помогу стволами и деньгами. На такое дело не жалко.