– Не отсвечивай пока, док. Этот без оружия, но по кустам человек десять мы засекли. И там даже пулемет замечен, не говоря о другой мелочи. Хотя парламентер пришел «пустой».
– А что хотят? – меня начало распирать любопытство. Все же тихая однотонная жизнь быстро приедается. Привыкший к адреналиновым взрывам организм требовал стрессовой подпитки.
– Тебя хотят. Говорят, баба у них вот-вот рожать будет и с проблемами. Просят тебя помочь. Обещают, что за это чужие отряды из нашего района отвадят и нападать не будут.
– Я хоть не акушер, но помочь могу.
– Да? А если шлепнут тебя на обратной дороге? Или, что еще хуже, на цепь посадят и оставят гнить где-нибудь на болотах? Будешь из-под палки на них горбатиться, дырки штопать, пока не сдохнешь.
– Вряд ли, – скептически пожал я плечами, пытаясь найти взглядом кого-нибудь из «старичков». – Доктора обычно нужны живыми и здоровыми. А на цепи медики плохо работают... Тибур! Слушай, прихвати из сарая старый бокс с мятым боком. Там по мелочи разного набрано, как раз для подобных случаев. Принеси, а я пока с парламентером поговорю.
– Зря, – зло сплюнул седовласый командир. – Грохнут, кем тебя заменить сможем? И ведь условие поставили, с..ки, что только тебя проведут, без сопровождающих. И маяка никакого приличного под руками сейчас нет.
– Не пыхти, кэп. Сам говорил – надо с соседями дружить, чтобы поменьше в нашу сторону стреляли. А маяк снять – секундное дело. Толку от него...
Подойдя к чужаку, я задал несколько вопросов, но парень лишь мотал головой и тарахтел:
– Я плохо знать! Плохо! Она болеет, мы носить ее к знахарь! Знахарь не помочь! Ты – помочь! Идти, быстро-быстро идти!
– Хорошо, сейчас пойдем. Но – ящик тащить будете на себе. Туда и обратно. Понял?
– Да, да! Мы нести, ты идти! Быстро идти, быстро!
Рядом со мной встал ротный и вцепился рукой в грязное плечо парламентера:
– Слушай сюда, папаша... Я твою рожу уже не в первый раз вижу. И в деревне ты мелькаешь, и на рынке появляешься. Поэтому отдельно тебя предупреждаю: мы люди добрые. Но если с доктором что случится, я вам второй Шашем устрою. Понимаешь, о чем говорю? Двух суток хватит?
Парень лишь молча кивнул, обнимая тяжелый ящик с красным крестом, который приволок Тибур. Я прикинул предстоящий марш по ночным джунглям и не стал брать с собой винтовку – только плечи сбивать. Помахав своим на прощание, двинулся по укатанной дороге прочь от деревни, еле различая мелькающую впереди белую рубаху. Рядом с кустами нас встретила молчаливая команда, подхватившая груз. Молодые ребята, почти мальчишки. Новое поколение, шагнувшее в джунгли взамен выбитого войной. Сформировав охранение, отряд двинулся по им одним известным тропам, помогая мне в трудных местах не свернуть шею...
* * *
С первыми лучами зари я уже сидел на жесткой циновке и проводил осмотр больной. Худенькая женщина с секущимися волосами испуганно держала за руку проводника, кусая губы. Я быстро пробежался диагностом по выпяченному животу, потом поставил маленькие датчики на грудь пациентке. Вымытыми в кипяченой воде руками пропальпировал бока, отметив увеличенную печень. Затем пошла рутина: кровь, просьба дать мне чуть-чуть мочи, осмотр приготовленного завтрака. Затем повторный анализ крови, и я пригласил хозяина потрепанной палатки выйти на улицу.
– Недолеченная пневмония и лихорадка в самом начале. Сейчас сделаем несколько уколов, потом я оставлю препараты и расскажу, как их нужно принимать. Читать умеешь?
– Умею. И читать, и считать, – неожиданно чисто ответил проводник.
– Тогда будешь следовать рекомендациям, и все закончится хорошо. Ребенка я послушал, диагностом основные параметры посмотрел. С малышом все нормально. Если не будете дальше по болотам ползать, то все пройдет без проблем. До родов вам еще полтора месяца.
Прищурившись на всходящее солнце, я быстро посчитал в уме даты и продолжил:
– На повторный курс антибиотиков у меня не хватит. Я дам названия, постарайся найти в городе. Точно знаю, что в старых районах аптеки работают, и нужные препараты там были. А когда срок подойдет, можешь снова в гости позвать. Хотя, хорошая акушерка помогла бы больше.
Уже после обеда, собираясь обратно, я предупредил гостеприимного хозяина:
– Вы на краю болот. Но если полезете дальше, можете ее растрясти. Я бы на твоем месте пока тут сидел, никуда не дергался. Дорогу я запоминать не буду, место найти не смогу. Поэтому подожди неделю-две, пока супруга окрепнет, тогда и переберетесь в более спокойную нору.
– Твой командир не заставит тебя вспомнить тропу?
– Мой командир хочет вернуться домой. Ему больше делать нечего, кроме как по джунглям бродить и остатки местных гонять. Вам к кому под кровать не загляни – автомат валяется, а бабушки-дедушки повстанцам продукты таскают по очереди. В любого можно пальцем ткнуть – попадешь в «освободительную армию». Что теперь, моему командиру, геноцид устраивать?