Доказательства вины. Белая ночь полностью

Я посмотрел, как Мёрфи облачается в амуницию. Черити помогла ей застегнуть кольчугу — рубаху с короткими рукавами, возможно одну из запасных Черити. Для Мёрфи кольчуга оказалась великоватой, чуть-чуть помог туго перепоясавший ее ремень, но короткие рукава доходили Мёрфи до локтей, а низ болтался где-то на уровне колен. Кэррин выглядела как ребенок, нарядившийся во взрослую одежду.

Лицо ее сделалось отрешенным — таким оно обыкновенно становилось, когда она сосредоточивалась перед стрельбой в тире или перед одним из своих бесчисленных поединков айкидо. Закрыв глаза я осторожно ощупал Мёрфи своим магическим чутьем и ощутил в ней ровно пульсирующую жизненную энергию. Кое-где наблюдалась дрожь — но никаких признаков панического страха, который мог бы оповестить нехороших парней о нашем появлении.

Собственно, я его и не ждал. Свой невеликий рост она с лихвой компенсировала крепостью духа. С другой стороны, в Небывальщине Мёрфи не оказывалась еще ни разу; и хотя земли фэйри далеко не самое страшное, что можно там найти, даже они могут производить на нормального человека довольно жуткое впечатление. Никакие тренировки, дисциплина и целеустремленность не способны в полной мере подготовить начинающего ныряльщика к тому, что он почувствует на глубине. Примерно так же обстоят дела и с Небывальщиной. Невозможно предугадать, как поведет себя человек, впервые упавший в кроличью нору.

Зато Томас, будучи Томасом, щеголял кольчугой как изыском моды. Он оделся во все черное: черные куртку и брюки, черные армейские ботинки, да и кольчуга с бронежилетом каким-то образом гармонировали с его гардеробом. На левом бедре у него снова висела его сабля, в правой руке он держал обрез и в целом являл собой изрядно усовершенствованный типаж из «Воина дорог».

На всякий случай я и его ощупал своими магическими чувствами. Он слегка отличался от обычного человека; впрочем, как и у других вампиров Белой Коллегии, отличия эти вряд ли поддавались обнаружению человеческими чувствами, да и не всякий чародей распознал бы их. В его ауре ощущалось нечто кошачье — что-то подобное я ожидал бы от голодного леопарда, терпеливо поджидающего приближения очередной добычи. Огромная, безупречно сбалансированная сила. Ощущалась и темная сторона — та его часть, которую я ассоциировал с демонической наследственностью, превращавшей его в вампира, черный, горький сгусток энергии, состоявшей из равных частей похоти, голода и отвращения к себе. Томас был неглуп — он, конечно же, боялся. Но его страх был практически незаметен под этой гладкой черной поверхностью.

Закончив помогать Мёрфи, Черити отступила на шаг и опустилась на колени на мостовую. Сложив руки, она склонила голову и продолжала молиться. Я чувствовал разлитое вокруг нее тепло, словно она стояла на коленях в узком луче солнечного света, — точно такую же энергию я всегда ощущал в присутствии ее мужа. Веру, наверное. Она тоже боялась, но это был не тот первобытный, животный страх, который интересует фетчей. Она боялась за дочь — за ее безопасность, за ее будущее, за ее счастье. И, наблюдая за ней, я увидел, как ее губы произносят мое имя, потом Томаса, потом Мёрфи.

Черити боялась за нас больше, чем за себя.

В ту секунду я поклялся себе, что верну ее домой вместе с ее дочерью — к семье и мужу, целую и невредимую. Видит Бог, я ни минуты не колебался бы сделать все, чтобы семья моего друга воссоединилась.

Я проверил свою амуницию. Кожаный плащ, кольчужная рубаха не по размеру, посох, жезл — на месте. Браслет-оберег и амулет — на месте. Многострадальная левая рука немного побаливала, и та ее часть, которую я ощущал, онемела — но пальцами шевелить я мог. Голова болела. Ноги слегка подкашивались от усталости. Я надеялся, что, когда понадобится, хорошая доза адреналина поможет мне справиться с этой проблемой.

— Все готовы к выступлению? — осведомился я.

Мёрфи кивнула.

— Ага, — лаконично протянул Томас.

Черити поднялась с колен:

— Я готова.

— Для начала я обойду здание, — сказал я. — Это их дверь домой. Возможно, они оставили какие-нибудь ловушки или задействовали обереги. Когда я сниму их, мы войдем.

Я начал медленно обходить кинотеатр Пелла, касаясь пальцами стены, то и дело закрывая глаза и прислушиваясь к своим магическим чувствам. Это потребовало некоторого времени, но поспешность могла дорого обойтись. Я ощущал замкнутую, сдерживаемую энергию, пульсирующую где-то в здании — возможно, попавшую из Небывальщины в тот момент, когда фетчи проносили туда Молли. И еще я несколько раз уловил крошечные злобные порывы энергии, слишком случайные и подвижные, чтобы быть заклятиями или оберегами. Они показались мне огорчительно похожими на те, что исходили от фетча, уничтоженного мною в гостинице.

Минут через десять я вернулся к тому месту, с которого начал обход.

— Есть что-нибудь? — поинтересовался Томас.

— Оберегов нет. Магических противопехотных мин тоже нет, — ответил я. — Но мне кажется, там внутри кто-то есть.

— Вроде кого?